monqq1Несколько лет тому назад в Казахстане не только восстановили царский памятник, но открыто переписали его надписи, соответственно и историю края, что не вызвало возмущения у тех, кто ныне призывает не переписывать историю.

Недавно в нашей республике и России поднялся шум по поводу предложения добавить надпись об участии казахстанцев в Великой Отечественной войне в мемориал славы 28 панфиловцев в Алматы. Есть множество фактов несправедливой оценки роли казахстанцев и казахов в этой войне, одним из которых является неоцененный подвиг Рахимжана Кошкарбава, первым водрузившим красное знамя на здании рейхстага. Шум постепенно стихает, оставляя за собой вопросы и проблемы.

 

Когда появилась стела в Узун-Агаше?

На окраине поселка Узун-Агаш, расположенного под Алматы, на вершине пригорка православного кладбища над всей округой высится 13-метровая стела. Она видна даже с соседнего поселка Фабричное. Если смотреть со стороны здания Узун-Агашской администрации, то над памятником Карасай батыру величаво возвышается монумент, известный в последнее время как памятник Г.Колпаковскому.

В советское время со стелы исчезли надписи, штандарт с символикой Российской империи, а также чугунные пушки по ее четырем сторонам. 27 октября 2007 года восстановленный памятник был открыт в честь 140-летия Семиреченского казачьего войска и 15-летия Русской общины Казахстана.

monqq2Аналогичная стела воинской славы с орлом российской империи находится на Бородинском поле. Она установлена в 1912 году на месте командного пункта Кутузова, о чем упоминается в одной из двух надписей. Другая надпись о том, что «Неприятель отражен на всех пунктах». Эти памятники очень схожи по статусу, предназначению и по внешним признакам: высоте, композиционному решению, аксессуарам. Различие в том, что в России он установлен в честь отражения агрессора, в Казахстане как памятник колонизации.

Узун-Агашский памятник украшает три металлические надписи. Две надписи – «Во славу русского оружия» и «В честь освобождения казахских земель от благодарного народа» – со стороны поселка, третья – «От вечно любящей жены генералу Г.А.Колпаковскому» – с противоположенной стороны.

Первое, что бросается в глаза при чтении статей об этой стеле – это разные сроки возведения памятника: от 60-х годов Х1Х века до 1913 года. Например, В.Коренчук пишет: «Через несколько лет на месте победы (битва состоялась в 1860 г.) верненским архитектором Борисоглебским был воздвигнут памятник, сохранившийся и по сей день» (Мир Евразии, № 4, 2006). По М.Абдирову, закладка памятника состоялась в октябре 1910 г. (История казачества Казахстана, Алматы, 1994). В официальном реестре памятников дается 1913 г. Наиболее достоверной кажется следующая информация из Интернета: «На узун-агашской сопке в 1885 году был установлен мемориал в честь победителей. На открытие деревянного памятника прибыли участники битвы во главе с губернатором Колпаковским. В 1905 году на месте деревянного памятника встали гранитные блоки. Новый памятник выполнен по эскизам петербургского ваятеля Александра Гогена. Непосредственно строительными работами занимались известные в Семиречье зодчие Сергей Тропаревский и Андрей Зенков».

 

Через призму герменевтики

В лексикологии есть понятия «устаревшие слова» – это историзмы, архаизмы, которые могут быть связаны не только с отдаленными эпохами, но и с событиями недавнего времени: энкаведист, продналог, губком, рабкрин и т.д. В отсутствие каких-либо исторических сведений именно эти слова позволяют получить дополнительную информацию (в архиве жамбылского района сохранены документы лишь с 1928 г.). Кроме устаревших слов есть характерные слова и словосочетания определенной эпохи, которые также позволяют уточнить этот период. В данном случае для анализа надписей на памятнике Колпаковскому из-за отсутствия достоверных сведений.

Автором идеи реставрации стелы является председатель Координационного совета русских, казачьих и славянских организации РК Ю.Захаров (на средства благотворительного фонда «Благовестъ», президентом которого он является). Реставрация – это восстановление обветшалых или разрушенных памятников в первоначальном виде, о чем говорил и сам автор идеи. В ином случае это будет уже новый памятник. Надписи же на восстановленной стеле свидетельствуют именно об этом (мы даже не затрагиваем вопроса о дореволюционной орфографии с буквами «ять», «фита», «і десятеричное»). В самом деле, если на бородинской стеле старый текст поменять на новый, посвященный, например Багратиону, то это будет уже новый памятник.

monqq3Начнем с одиозной надписи «В честь освобождения казахских земель от благодарного народа». В дореволюционное время в русской печати слов «казах», «казахский» не было – они появились в советское время. Для обозначения казахов в конце Х1Х-в начале ХХ вв. употреблялось слово «киргизы» («киргизский»), иногда – «киргиз-кайсаки».

Включение Степного края в состав России называть как «Освобождение киргизских (казахских) земель» не пришло в голову даже самым экстравагантным царским златоустам из-за колонизации, которую в дореволюционное время никто не отрицал. Самое завуалированное определение – «оборона»: «Оправдывая экспансионистскую политику русского правительства в Центральной Азии (после завоевания  Чимкента) оба царских министра определяли ее характер как «оборонительный», направленный на обеспечение безопасности от набегов кочевников» (История Казахстана, т. 3, Алматы, 2000, стр. 381).

В политическом, идеологическом лексиконе Российской империи официально использовали выражения: «колонизация Киргизской степи», «завоевание Хивы», «принять в подданство киргизов Большой Орды», «подчинить своей власти Хивинского, Бухарского, Кокандского владетелей» и т.д. Что же касается «освобождения» южных территорий современного Казахстана, то по-военному это называлось «сомкнуть Оренбургскую и Сибирскую линии – соединить Сырдарьинские и Сибирские укрепления». Т.е. стратегический план – не какое-то мифическое «освобождение», а завершение военной колонизации Степи. При этом честь «освобождения казахских земель» по праву принадлежит генералу М.Черняеву, а не Колпаковскому. Именно Черняев, который отличался особой жестокостью, завершил завоевание Казахстана.

«От благодарного народа»… От какого народа – русского, казахского, кыргызского, узбекского? Определять все население Степного края или его южных окраин как единый народ – это незнание школьной программы истории Казахстана, да и Российской империи, где особо подчеркивалась «туземность» местного населения, его разделение на Орды и племена, т.е. не было единого «киргизского народа», тем более с русским населением вместе. «Народ Казахстана» появился в новейшей истории – в Конституции РК, а его широкое употребление – с появлением названия Ассамблеи народа Казахстана. Несомненно влияние названия этой организации в данной надписи, иначе текст звучал бы как «от благодарных киргизов Большой Орды». Выходит, благодарность исходит от народа современного Казахстана!?

Текстологический анализ показывает современную подделку вышеуказанной надписи, при том очень низкого качества (ср. советское определение «добровольное присоединение Казахстана к России»). Точнее – это не подделка, а новая надпись.

 

Метаморфоза орла и меча

К середине Х1Х века население Семиречья оказалось между русским молотом и кокандской наковальней. В этой ситуации побеждал наиболее сильный колонизатор, ибо казахи были с обеих сторон. В сражениях за Токмак, Пишпек, вблизи Узун-Агаша «проявилась и поддержка кокандцев значительной частью казахов и кыргызов Жетысу. Такое отношение было обусловлено жестокостью начальника Алатауского округа Колпаковского по отношению к коренному населению» (История Казахстана, стр. 373).

Поэтому некорректно и исторически неверно представлять российского орла «казахским беркутом, терзающим карту Кокандского ханства»(!), как представили многие русскоязычные издания птицу на вершине стелы. Достаточно сказать, что в составе кокандского войска казахи и кыргызы порой составляли его половину, на стороне ханства были известные казахские и кыргызские батыры, султаны, беки, бии, как например сыновья хана Кенесары Касымова – султаны Тайчик, Садык, Ахмет со своими воинами, а от Колпаковского накануне его «освобождения казахов» ушли многие казахские  союзники. Это трагический период казахской истории, ибо была в прямом смысле братоубийственная война, и представлять ее как «освобождение казахских земель» – это глумление над исторической памятью трех тюркоязычных народов и государств и разжигание межнациональной розни.

monqq4Трогательная надпись на стеле «От вечно любящей жены генералу Г.А.Колпаковскому» с ненавязчивой информацией в прессе о том, что памятник построен на средства супруги губернатора, призвана приглушить значение монумента как государственного памятника Российской империи. Это как некая семейная реликвия, куда могут приходить родственники, близкие, друзья.

И никого не смущает надпись – ведь это эпитафия и ее место на могиле генерала в Александро-Невской лавре, а не на памятнике славы русскому оружию в Узун-Агаше. Однако эта опять монументальная приписка: супруга Колпаковского скончалась в 1894 г., за два года до кончины мужа (не могла же она поставить памятник заранее в далекой степи, да еще живому генералу). К тому же стела установлена приблизительно в 1905 г. или еще позднее.

И лишь одна надпись – «Во славу русского оружия» – возможно, была на стеле в царское время. Ведь такие памятники устанавливаются на местах сражений в честь погибших русских воинов. Так было и на Узун-Агашской сопке – недаром стела расположена на кладбище, где похоронены участники битвы. В 1921 г. «сбиты и бесследно исчезли чугунные доски и медальоны с именами и портретами участников битвы. И доблестный символ сечи орел» (В.Проскурин). По этой причине памятник не мог быть посвящен Колпаковскому (хотя в народе он мог ассоциироваться с именем губернатора).

monqq5Такие памятники возводились на уровне царского правительства, которое и было заказчиком. Соответственно, в них не имелись надписи частного характера, вроде «От вечно любящей жены». Кстати, казахстанский монумент раньше был известен как «памятник в честь Узун-Агачской битвы». В статье Веры Королевой «Как был основан город Верный» дана старая фотография стелы с российским орлом, без пушек(!) и с таким названием (http://www.pravoslavie.ru/smi/36355.htm). Фотография вроде датируется 1908 годом.

А для чего вся эта монументальная метаморфоза? Если памятник восстановить в первоначальном виде с прежними надписями, то это будет памятник Российской империи и как таковой, несомненно, вызовет большое возмущение среди коренного населения. А «памятник Колпаковскому», установленный на средства частного человека – его жены, наряду с пропагандой генерала как выдающегося губернатора, как «Освободителя казахских земель» может и не иметь статуса памятника, символа Российской империи. А вместе с «генералом-освободителем» поднять престиж и Семиреченского казачьего войска как гаранта свободы Казахстана.

 

Никто не хотел отвечать

15 ноября 1989 г. по решению Алматинского облисполкома Узун-Агашская стела как исторический памятник взята на государственную регистрацию. Это был своеобразный «дальновидный» ответ на Желтоксан – возрождение идеологии колониализма и подавление национального самосознания. Однако даже в советское время опасались открыто возрождать символы колониализма. В независимом же Казахстане это произошло легко, без шума и участия властей, хотя с их молчаливого согласия. Кстати, в государственном реестре монумент зафиксирован как «обелиск славы русского оружия», а не как памятник Колпаковскому. Скорее, это название появилось в советское время.

Судите сами: состояние исторического памятника должно быть в ведении местных органов власти и Министерства культуры. Однако восстановление памятника в Узун-Агаше, а в действительности установление нового монумента осталось вне их компетенции. В частности, на многочисленные запросы Общественного фонда «Аллажар-қолдау» об официальном обосновании и разрешении реконструкции памятника были получены ответы, свидетельствующие о реальной или мнимой неосведомленности госорганов.

Лишь Жамбылский районный маслихат в лице Б.Алиева сообщил: «Ескерткіш қайтадан орнатылған жоқ, тек қана үйымдастырушылар жағынан сыртынан жөндеу жұмыстары жүргізілген» («Новый памятник не установлен, организаторами проведены лишь наружные отделочные работы»). Что за организаторы, какие работы и на каком основании – не сообщается, как будто памятник не внесен в реестр. О монументе, который возвышается в округе над всеми памятниками и символами суверенного Казахстана, в государственных органах нет достоверной информации! Как и о провокационной надписи, хотя о «памятнике Колпаковскому» в прессе было достаточно информации.

Эти ответы позволяют сделать вывод о незаконности реконструкции обелиска славы русского оружия по причине отсутствия официальных разрешительных документов. Поэтому необходима государственная проверка, экспертиза не только законности реставрационных работ, но и лингвистическая и историческая экспертиза подлинности надписей, их соответствии законам РК на предмет разжигания межнациональной розни. В случае их несоответствия исторической подлинности привлечь к ответственности автора реставрации за подделку исторических надписей с последующим их демонтажем.

Без поддержки каких-либо организации трудно было бы «восстановить» такой памятник. Возможно, Ю.Захаров нашел понимание в АНК и Министерстве культуры и информации, чьи представители участвовали в торжествах в честь 140-летия Семиреченского казачьего войска. В самом деле, ведь КС русских, казачьих и славянских организаций осуществляет свою деятельность в рамках Ассамблеи.

 

Монументальное доказательство

Торжества по случаю 140-летия Семиреченского казачьего войска и «реконструкция» памятника показали и внушительную трещину в нашем информационном поле, которая разделила его на пророссийское русскоязычное и антиимперское казахскоязычное. На русском языке даже по «Хабару» прошла информация о «казахском беркуте, рвущем когтями карту кокандского ханства». Были публикации, явно нарушающие Конституцию РК, цели и задачи АНК. Как, например, о необходимости признания русских «второй государствообразующей нацией», как будто по Конституции унитарного государства есть такое понятие.

А местная власть уверяла, мол, ничего такого, чтобы раздувать шумиху вокруг памятника, не было. Ну, приехали небольшое количество людей на одном автобусе и легковой машине, постояли 15 минут перед стелой и уехали. И все – не было никаких парадов казаков. Как говорится, все чинно и благородно. Между тем на открытии памятника выступил посол РФ М.Бочарников, а это уже международное событие.

Торжества по случаю 140-летия Семиреченского казачества с участием посла РФ, представителей русских, казачьих, славянских организаций РФ, Казахстана, Кыргызстана, представителей АНК и восстановление памятника российской империи с государственной символикой, с новой «исторической» надписью, с пушками показали: в Казахстане можно делать все, что угодно. Это опасный прецедент. Если сегодня на международном уровне монументально утвердили «Освободителем» «одного из крупнейших деятелей завоевания Средней Азии» (Википедия), жестокого царского генерала, то завтра такими же «историческими» поправками можно восстановить и другие памятники Российской империи, например Ермаку. А там можно пойти и дальше. Несомненно, во главе трансформации памятника стоят люди, ставившие свои политические амбиции превыше научных истин и интересов страны.

Дастан ЕЛЬДЕСОВ

d.eldesov@mail.ru

Рубрика: