Политический и исторический портреты хана Абылая.

Абылай-хан – выдающийся государственный деятель, восстановивший территориальную целостность Казахстана. В период своего правления он осуществил значительные преобразования в государстве. Абылай-хан (1771-1781) – последний казахский хан, авторитет которого был непререкаем во всех казахских землях. Сын султана Среднего жуза Коркем-Уали Абылай (Абилмансур) родился в 1711 г. Он происходил из младшей линии чингизидов Среднего жуза. Предки Абылай-хана происходят от знаменитого основателя Казахского ханства Аз-Жанибека, который является потомком Джучи-хана, сына Чингисхана. В пятом колене его предком является Есим-хан, давший вполне законченное централизованное государственное устройство Казахскому ханству («Есімханнын ескi жолы», т. Е. «Древняя тропа хана Есима»), в четвертом – Жангир-хан. Дед его, тоже Абылай, был владетелем города Туркестана; прославился воинскими доблестями, получив грозное прозвище «Қанішер» («Кровопийца»). В 13-летнем возрасте Абылай лишился отца, убитого во время межфеодальных распрей. Он бежал в степь и скрывая свое происхождение, некоторое время был простым пастухом – поступил на службу к богатому казаху из рода Жаксылык. Молодой Абылай, обладая неординарным умом, сумел проявить все те качества, дкоторые позднее выдвинули его в ряды наиболее известных личностей Казахского ханства. С 15-летнего возраста Абылай, которого именовали «Сабалак», активно участвовал в борьбе казахского народа против иноземных захватчиков, вначале в качестве рядового воина, затем быстро выдвигается и становится одним из наиболее влиятельных батыров. Абилмансур с юношеских лет проявил свои лучшие качества воина, защитника Отечества. Он постоянно участвовал в различных сражениях, особенно ярко проявляя мужество на единоборствах. Одной из первых крупных побед, принесших ему всеобщую известность, была битва казахских воинов под командованием Абулмамбет-хана против джунгар. В этом бою никому не известный двадцатилетний Абилмансур в единоборстве убивает Шарыша-батыра, близкого родственника главного предводителя калмыков — хунтайжи Галдан-Церена. Шарыш-батыр считался непобедимым и в личных поединках одержал более 30-ти побед над самыми известными батырами. Войдя в ополчение, организованное Абулмамбет-ханом (тоже потомком Есим-хана и Жангир-хана), объединившим все три жуза на борьбу с джунгарами, под воинственный клич «Абылай» он в единоборстве победил джунгарского батыра. После победоносного сражения Абулмамбет-хан подзывает к себе Абульмансура: «Кто ты такой, и что за клич у тебя Абылай?» Абилмансур: «Я – внук Аблая и в качестве клича взывал к его духу». Тогда Абулмамбет-хан растроганно обнял его и обратился к народу со следующими словами: «Когда-то я слышал, что от Бакы Уали остался единственный сын, так вот он перед нами, если вы одобрите, то ему пристало быть великим ханом». После одобрения со стороны 90 лучших представителей трех жузов Абилмансур был избран великим ханом. Но хотя Абулмамбет-хан собственноручно передал ханство в руки Абылая, по-настоящему с соблюдением формальной процедуры поднятия на белой кошме он садится на трон в 25 лет. Ситуацию красочно описывал Бухар-жырау: «В двадцать лет взвился ты храбрым соколом, высоко и гордо поднялись твои звезда, удача, успех сопутствовали твоим деяниям. В 25 лет птица счастья села тебе на голову, посадив тебя на трон.» Абилмансур принял имя Абылай-хана, своего деда, знаменитого батыра, прославившегося в поединках. Главной целью молодого султана, как и всего народа, была борьба против грозного врага – Джунгарского ханства. Абылай-хан, дальновидный политик, понимал, что главной опасностью для Казахского ханства, находившегося в тисках двух крупных держав – Цинской империи и России, являлись опустошительные вторжения джунгар. Поэтому он, как и многие другие влиятельные феодалы, держался пророссийской ориентации. К тому времени молодой султан Абылай уже успел прославиться как батыр, участник ряда сражений с ойратами. Он пользовался у народа и окружения Абулмамбета-хана заслуженным авторитетом. Знатный чингизид был правителем бура-найманского и атыгаевского родов.  Одновременно с борьбой с внешней опасностью, Абылай-султан предпринимал огромные усилия по объединению казахских земель. В 1740 г. В Ташкенте был убит Жолбарыс-хан и большинство родов Старшего жуза при поддержке Толе-би принесли присягу Абилмамбет-хану – официальному главе Казахского ханства. С принятием Абулхаиром-ханом русского подданства многие роды Младшего жуза, управлявшиеся Батыр-ханом, также подчинялись Абилмамбет и Абылай-ханам. Сложная ситуация, сложившаяся в Среднем жузе после очередного ойратского вторжения, побудила Абулмамбета-хана и Абылая-султана присягнуть на верность Российской империи и принять подданство. Однако, несмотря на юридичское его оформление, большая часть Среднего жуза продолжала сохранять фактическую обособленность от России. Это, естественно, не устраивало Оренбургскую администрацию и Петербургский двор. Поэтому главной целью нового администратора – начальника Оренбургской (а до этого – Киргиз-кайсацкой) комиссии князя В.Урусова являлось ускорение присоединения еще не признавших российской власти обширных районов на стыке Младшего и Среднего жузов. В конце августа 1740 г. Абулмамбет-хан, влиятельный султан Абылай и сопровождавшие их аристократы присягнули на верность России в г. Орске. Во время переговоров обе стороны обсудили также вопросы расширения казахско-русской торговли, выдачи организаторов башкирского восстания, обеспечения безопасности купеческих караванов, следовавших через казахские кочевья из России в Среднюю Азию. Все эти факты – подтверждение возросшего авторитета молодого Абылая, свидетельство его дипломатического таланта. Приняв в 1740 г. Подданство России, Аблай-султан не сильно утруждал себя выполнением обязательств по отношению к последней. Тем не менее, связь с ней поддерживал регулярно. Все попытки Оренбургской администрации навязать ему своё мнение терпели крах, «если просьбы и даже требования царских властей не соответствовали его целям, он, под различными благовидными предлогами, не выполнял их» . После завоевания Джунгарии Китаем, и отсюда неизбежным сближением с ним, Аблай-султан очень обеспокоил царскую администрацию. Это вызвало появление целого ряда документов, направленных на ограничение влияния цинов в Казахском ханстве. В 1758 г. Коллегия иностранных дел издала указ, в котором разъясняла в чём заключается опасность контактов с Китаем. Активное участие султана Абылая в военных действиях давало ему поддерживать связи с Оренбургской администрацией. В одном из сражений Абылай попал в плен к ойратам (1741 г.) и был освобожден лишь в 1743 г., благодаря упорному заступничеству царских властей. Опираясь на своих соратников – народных батыров, таких, как Кабанбай-батыр из рода каракерей, Наурызбай-батыр из рода шапырашты, Богенбай-батыр из рода канжыгалы, Байгазы-батыр из рода таракты, Жанибек-батыр из рода шакшак, Малайсары-батыр, Бай-батыр  и многих других, — Абылай значительно ослабил военное могущество Джунгарии. Как мудрый политик, он сумел нейтрализовать враждебные действия среднеазиатских ханств, стремившихся воспользоваться тяжелым положением Казахстана. Он сумел сплотить казахов для борьбы против реальной угрозы со стороны Джунгарского ханства. Абылай, будучи дальновидным политиком казахского государства, внимательно следил за событиями в соседнем ханстве. Он понимал, что в силу временного военного преимущества появилась возможность возвращения исконно казахских земель, отторгнутых ойратами. После 1755 г., когда Китай, уничтожив Джунгарию, вышел к границам Казахстана, казахские правители под предводительством Абылая старались поддержать джунгаров. Они не выдали Амурсану, последнего хана калмыков, и даже вынуждены были вступить в войну против китайских войск. Весной 1756 г. Китайские войска вторглись в казахские земли. Как и во времена джунгарской агрессии, одним из организаторов отпора врагу становится султан Абылай. Угроза суверенитету государства была столь реальна, что даже из далекого Младшего жуза прибыл отряд под предводительством султана Ералы. Казахскому объединенному ополчению трудно было противостоять хорошо вооруженным, оснащенным артиллерией и имевшим опыт в ведении крупных сражений цинским войскам. В июне 1757 г. Китайская армия под командованием Фу Дэ, Чжао Хой вновь вторглась в пределы Казахстана. Нависла опасность над горнодобывающими предприятиями, иртышскими и другими укреплениями царской России, так как их гарнизоны не ожидали внезапных военных действий со стороны Поднебесной империи. Напряженная ситуация, сложившаяся в приграничной зоне, побудила хана Абулмамбета, его сына Абулфеиза и султана Абылая начать переговоры. Они пытались не допустить превращения первых столкновений в кровавые сражения и дипломатическим путем вернуть казахские земли, ранее захваченные Джунгарским ханством. Цинский двор также не был заинтересован в продолжении военных действий в Казахстане, так как расширялись военные действия в Северной Монголии и других смежных регионах. Кроме того, развязвание войны в Среднем жузе не обещало быстрой победы из-за своеобразия степной зоны. Отдельные отряды казахских батыров, зная особенности родного края, избегали крупных столконовений применяя тактику внезапных нападений. Таким образом, не добившись окончательной победы над казахским ополчением, цинские войска вынуждены были вернуться в свои владения. Велика заслуга Абылая и в консолидации различных сил казахского обществадля борьбы против джунгарских и цинских завоевателей. Сломив сопротиление сепаратистских сил, Абылай сумел восстановить территориальное единство обширного казахского края и осуществил коренные преобразования в управлении государством.(1) Положение Казахстана, находившегося в тисках двух империй – Российской и Цинской – было очень сложным. Главная цель султана Абылая состояла в обеспечении независимости Казахского ханства. Умело используя дипломатические средства, Абылай прилагал энергичные усилия для возвращщения казахских земель (в районе Тарбагатайских и Алтайских гор, к востоку от озера Зайсан), временно оккупируемых Джунгарией во время её военно-политического могущества. Даже после ликвидации Джунгарии как самостоятельного государства маньчжуро-цинские власти не прекращали заявлять о своих претензиях на земли в этом стратегически важном районе . Проблема задевала и государственные интересы России, которая постоянно выражала готовность защищать рудники и горнодобывающие предприятия, возникшие здесь еще в 20-х гг. XVIII в. Стремление казахов занять свои традиционные кочевья в приграничном районе вызвало негативную реакцию пекинского двора. В 1760 г. Маньчжуро-цинские власти потребовали от казахов покинуть район Тарбагатайских гор. Полностью сдержать продвижение казахов к своим историческим владениям цинские власти были не в состоянии. И, будучи бессильными закрепить за собой эти районы, они продолжали продвигать в них свои войска. Складывалась критическая ситуация. Султан, а в последствии хан Среднего жуза Абылай сознавал всю сложность положения и стремился разрешить спорные моменты мирным путем, не допуская возникновения напряженности, используя свой политический талант, о чем свидетельствуют письменные источники того времени, а именно служебные записки А. И.Тевкелева: «….Третие объявлял он, хан, что-де при всем том за нужное признал, он, хан, и сие здесь объявить, что ныне на Среднюю орду нападает китайское войско и неоднократные уже сражения с Аблай-салтаном были, при чем требуют выдачи калмыцкого владельца Амурсананя, куда-де прошлой осени и брат ево Эрали-салтан с войском своим ездил для помощи Средней орде, почему-де оных китайцов при сражении ж отбили и немалую от них, китайцов, добычь получили. А как-де ему, хану, было известно, то он, Амурсанянь, у него, Аблай-салтана, был, а ныне-де оного уже в их Киргиз-кайсацкой орде не имеется, и куда уехал, и жив ли или где пропал, о том-де у них не известно. Однако жде неотступно ево требуют, и как-де уверили, что ево, Амурсананя, у них в орде нет, то-де от них, китайцов, объявлено было ему, Аблай-салтану, чтоб им, не имея уже больше между собою войны, жить в миру спокойно и торг в каких местах они, киргисцы, похотят, тут они, китайцы, учредить имеют. На что-де Аблай-салтан им объявил, что как там с войском находится, то помирится и назад возвратится, договор учинить в состоянии, а чтоб-де всею ордою тот с ними договор учинить, и где торг учредить, того он с собою учинить не смеет, понеже-де у них в Киргиз-кайсацкой орде имеется большей хан, учрежденной от Е. И. В. Самодержицы всероссийской, Абулхаир-хана сын Нурали-хан, и может ли-де он на такие договоры с ними поступить или нет, то-де в его воле состоит. И с тем-де прислал к нему, хану, он, Аблай-салтан, нарочного с таким требованием, что если-де они, китайцы, не будут уверятца, что у них оного Амурсания нет, и будут за то чинить военною рукою нападение, или хотя и уверятца, да станут такого договору на предписанных кондициях требовать, то в таком случае отпор ли с ними, китайцами, чинить или договариваться и в каких местах торги учредить, чтоб о том ему, Аблай-салтану, прислать наставление и свое повеление; а ежели-де ево, Аблай-салтана, допустит время свободное от китайцов, то-де он и сам к нему, хану, для принятия того наставления приехать намерен, почему-де братья ево Эрали и Айчювак салтаны, собрав всяк из своего владения войска по немалому числу, хотели было для воспомоществования в ту Среднюю орду ехать и с ним, Аблай-салтаном, соединиться. И уже совсем были готовы, только-де он, хан, получа вышеписанное от него, Аблай-салтана, известие, в близости находящегося Айчювак-салтана со всем тем собранным войском остановил, а к Эрали-салтану нарочного с ведомостью послал, дабы и он от того походу удержался, ибо он, хан, как подданный Е. И. В., не посоветовав здесь с господином действительным тайным советником и кавалером Неплюевым и с ним, генерал-майором, сам собою в такие важные договоры вступать не хочет, почему и требовал совету, ежели-де оные китайцы от той Средней орды не отступят и будут того договора от Аблай-салтана дамагатся, то на каких кондициях оной учинить, а естли-де они, китайцы, требовать будут реченного Амурсананя, и не веря, что ево у них в орде не имеется, станут военною рукою нападать, то он-де, хан, для вспоможения реченному Аблай-салтану с довольным и от себя войском помянутых братьев своих Эрали и Айчювак Салтанов пошлет, только б-де в случай нужды им, яко подданным Е. И. В., надлежащее по способности от российских команд вспоможение было чинено, причем он, хан, и сие объявил, ежели-де ныне у Е. И. В. С теми китайцами война есть, то и сам он, хан, по указу Е. И. В. С довольным войском и с братьями своими в службу на них, китайцов, туда итти не оставит, а когда-де он, хан, пойдет, то не менее тридцати тысячь войска при нем, хане, быть может, а иногда и гораздо более.» (2) В 1757 – 1760 гг. В целях сохранения территориальной целостности Казахстана Абылай принимает в Пекине подданство Китая. Одновременное принятие наряду с присягой 1740-1742 гг. России китайского подданства следует рассматривать как дипломатический ход Абылая. В 1765 г. Он заключает договор с Россией, но он не воспринимает как законное решение царского правительства от 22 октября 1778 г. Даровать ему титул великого хана и не поехал на торжественную церемонию, где ему по сценарию должны были вручить соответствующий акт, шубу и саблю. Абылай считал, что его ханом избрал народ и потому он не обязан клясться в верности русским. Если Китай не посягает на его ханское достоинство, то церемония клятвы России ущемляет суверенитет казахского ханства – такова была позиция Абылая. Но проблемы у Аблая были не только с Россией и Китаем, на юге находились Бухарское, Хивинское и Кокандское ханства. Они совершали опустошительные набеги на территории Среднего и Старшего жузов. Часть казахов этих жузов даже считалась подданными вышеназванных ханств. В основном главную опасность представлял Коканд, поэтому все силы Абылай сосредоточил на нём. В это время в Коканде правителем был Ирдана-бек, человек жестокий и кровожадный. Находившийся под его рукой казахи не выдерживали его гнета, случалось множество восстаний, но он со свойственной зверской жестокостью подавлял их. Это и дало Абылаю предлог для объявления войны Коканду – освобождение казахов Старшего и младшего жузов из под гнёта Ирданы-бека. Но я думаю, хотя это моё субъективное мнение, что Абылая больше интересовали торговые пути, проходящие через Коканд. Абылай начинает войну, для этого шлёт письмо в Оренбург, в котором просит войска, но ему отказывают. Тогда он начинает вести войну собственными силами. Он терпит одно поражение за другим, и наконец тяжелораненый отступает назад. Далее он решает изменить тактику – видя что грубая сила не помогает он решает сделать ставку на хитрость. Абылай вступает в сговор с кокандской знатью, которой очень не нравится усиление центральной власти, то есть Ирданы-бека. С помощью этого Абылая удалось склонить на свою сторону влиятельных сановников из окружения Ирданы-бека, сперва обложить их данью, а потом и ограбить их. На этом он хотел остановится послав послов к беку с предложением мира, но тот отказался. Тогда Абылай набрал новую дружину и пошел в поход против непокорного правителя. От Кокандского ханства зависело довольно много городов, в основном это были маленькие деревушки с жителями-землепашцами, которые не имели никакой защиты за исключением низеньких стен и пары сотен сельского ополчения. Поэтому старшины «городов» даже не думали о сопротивлении, они всеми силами старались откупиться от жестокого хана. И Абылаю не оставалось ничего кроме без как всяких усилий собирать дань с этих перепуганных войском «горожан». Но встречались и крупные города, например Ташкент, где он собрал очень большую дань. После «взятия» этого города Абылай решает что на этом можно остановится, и посылает послов к Ирдане, с предложением заключить мир оставшись на нынешних границах (то есть все городки включая Ташкент, отходили к Абылаю), Ирдана естественно отказался, и Абай решил покончить с ним, но тут случились проблемы. В его дружине произошёл разлад, а случилось это из-за его жадности, он не захотел поделиться добычей от очередного набега. Потеряв надежду на победу Ирдана соглашается на перемирие. Даже не смотря на недостигнутые цели, Туркестан, Шымкент, Созак и еще несколько временно зависимых от Ташкента городов перешли во власть Абылая. В результате международные позиции Казахского ханства значительно укрепились. В 1771 г. Он разгромил едильских или волжских калмыков. Границы страны во время правления Абылай-хана были намного шире настоящих. Вместе с тем, необходимо отметить и духовное состояние народа — его морально-психологический облик был прогрессивным и патриотичным. С 1759 г. Царская администрация предложила Абылай-султану сместить Абилмамбета-хана и занять его место, обещая свою поддержку, однако влиятельный султан отказался. Только после смерти хана, в Туркестане, в мечети Кожа Ахмета Яссави Абылай был поднят на белой кошме и провозглашен новым ханом всех трех казахских жузов. В 1771 г. Умер хан Среднего жуза Абулмамбет. Знаменитые бии, известные султаны, крупные полководцы поддержали Абылая и его занять всеказахский трон. Его признавали единственным реальным претендентом на ханский престол. Согласно традиции престолонаследия, которой придерживалась степная аристократия, ханский трон должен был наследовать старший сын почившего хана, известный участник борьбы против джунгарских нашествий – Абулфайыз. Избрание Абылая ханом стало признанием его выдающихся заслуг в деле консолидации казахских земель. Это укрепило его авторитет среди соплеменников, а так же он приобрел популярность как в России, так и в Китае. Представители трех казахских жузов подняли султана на белой кошме и объявили его ханом всей казахской земли. Разделив свои владения меду наследниками (30 сыновей и 40 дочерей), Абылай осуществил ряд нововведений в управлении Казахским ханством. Формой правления в течение 10-летнего пребывания на престоле практически было единовластие. Как верховный сюзерен казахской земли, он через своих тюленгутов (воинов ханской гвардии) контролировал использование лучших пастбищных угодий, особенно в северо-восточных районах. Абылай укреплял свою личную власть, опираясь на влиятельных биев – Казыбек-би, Толе-би и Айтеке-би. Он совершенствовал законы ханов Касыма и Есима, сохранившие свою силу до принятия «Жеты жаргы» и внес множество изменений в существующее законодательство. Прежде всего это выразилось в том, что Абылай не принял имеющиеся в них ограничения ханской власти. Как было сказано выше он жил в очень трудных условиях, ему с самого детства пришлось узнать все горести жизни. С малолетства он не знал материнской ласки, неделями голодал и жил где придётся. Можно себе представить, что испытывал юный чингизид, у которого вместе с молоком матери, из поколения в поколение впитывалась любовь к роскоши и безграничное тщеславие. Но будущий хан жил по принципу – «что меня не убивает, то делает меня сильнее», именно такая жизнь помогла ему воспитать железную волю, умение выживать в экстремальных условиях и знание людей. Все чингизиды отличались необычайной жестокостью ко всем кроме себя, в Абылай-хане все эти качества десятикратно усилились, недаром народ боялся только одного его имени. Ведь при нем не было значительных мятежей, а если таковые случались, то он подавлял их с предельной жестокостьюНо тем не менее нельзя не признать его положительных качеств. Абылай был всесторонне развитым человеком, он поддерживал народных акынов, жырау, домбристов, некоторые даже утверждают что он сам сочинил несколько кюев, которые, к сожалению, до нас не дошли. Этим и объясняется то, что большинство акынов и жырау его восхваляли, среди них были такие знаменитые люди в степи, как Бухар-жырау Калкаманов, Татикара, Умбетей-жырау и другие. Так же следует отметить, что он был храбр, уже в тринадцать лет он выступал в походы против джунгар. Интересно и то, что в 1729 году на памятной Анракайской битве он заслужил звание батыра, именно заслужил, так как если ты чингизид, то есть султан, ещё не означало что ты батыр как не странно в то время когда сильный мог делать всё что захочет, это табу было священно. В истории Казахского ханства было всего несколько ханов которые удостоились этой чести, и среди них был Абылай-хан. Возможно без своего советника Абылай уже в первые годы своего правления был бы убит или свергнут, потому что только колоссальный авторитет Бухар-жырау иногда сдерживали готовые вырваться наружу враждебные Абылаю силы степной аристократии. Именно поэтому ему было позволено говорить то, что другим запрещалось, слышать то, что другим запрещалось, и наконец видеть то, что другим запрещалось. Великий хан Абылай являлся детищем своей эпохи. Он сумел не только сохранить, но и, отчасти даже приумножить, то, что было до него. Какой бы он ни был, со всеми его достоинствами и недостатками, он всё делал правильно, только беспощадная жестокость и хитрость могли держать в узде вольных степных султанов. Только умение жертвовать малым во имя сохранения большего, могло остановить яростный натиск джунгар. Только изощрённое искусство дипломатии и даже двуличности могли спасти ханство от поглощения Российской или Китайской империями. И я считаю что политика «льва и дракона» себя оправдала. После обретения Казахстаном независимости в 1991 году один из главных проспектов Алматы (бывший Коммунистический проспект) был переименован в проспект Абылай-хана и его увенчал конный памятник хану на площади вокзала Алматы-2. На первой национальной валюте Казахстана – на банкноте в 100 тенге (образца 1993 года) был помещен его портрет.Абылай хану посвящена почтовая марка независимого Казахстана, которая вышла в 2001 году. По мотивам биографии Абылай-хана был снят первый казахстанский блокбастер «Көшпенділер» (в американском прокате «The Nomad», в российском — «Кочевник») в 2005 году. Установлен памятник Абылай хану на площади перед зданием акимата города Жезказган. В августе 2008 года в Петропавловске президент Назарбаев открыл музейный комплекс «Резиденция Аблай-хана» с памятником хану из бронзы. Имя Абылай-хана носит Казахский университет международных отношений и мировых языков имени Абылай хана.

                            Список использованной литературы:

  1. Аблай-хан. Внутренняя и внешняя политика. Р.Б. Сулейменов, В.А. Моисеев. Алматы, «Жазушы», 2001. С.55.
  2. История Казахстана в русских источниках XVI – XX вв., десятититомник. Т. 3 Журналы и служебные записки дипломата А. И. Тевкелева по истории и этнографии Казахстана (1731 – 1759 гг.), Алматы, «Дайк-пресс», 2005. С. 46.

Керимсал Жубатканов, кандидат исторических наук, доцент КРМУ.

Алтынорда

 

 

 

Загрузка...

Добавить комментарий

You must be logged in to post a comment.