чабанПосле пары лет пребывания Отарбека в захолустном городке жизнь в очередной раз показала, что он родился под счастливой звездой, и все его желания рано или поздно исполняются. Парень стал начальником областного ГАИ.

— Қайтқан малдын берекесі бар, — сказал он своим новым-старым подчиненным на первом же совещании, после того, как его представили коллективу в качестве вновь назначенного бастыка. – Все вопросы будем решать в рабочем порядке. Я у себя.

Это означало, можете заходить по одному и заносить көрімдік.

Знаете, с чего он начал свою работу в новой должности? С увольнения старшины Герасименко, бывшего на тот момент уже майором. Не забыл Отарбек давнего случая, когда, погоняя стадо коров, встретился со старшиной и задал ему свой вопрос. Не забыл он и его издевательский ответ. И не знал тогда старшина, что смеется над тем, кто через пятнадцать лет изменит его судьбу. Благо выслуга лет позволяла, и Герасименко благополучно отправился на пенсию. Теперь, по слухам, разводит пчел и продает мед.

Зато подхалимы были вне себя от счастья. Даже в ту пору, когда Отарбек руководил полицией захолустного городка, они не забывали своего патрона. Твердо верили в его счастливое возвращение, а потому исправно обеспечивали его, его семью, включая токалок, всем необходимым. И дождалось-таки. Теперь каждый в глубине души мнил себя если не заместителем Отарбека, то, хотя бы, комбатом или начальником какого-нибудь блатного отдела. Ну, или, на худой конец, командиром какого-нибудь «жирного» поста.

Однако не обремененная совестью натура Отарбека не обязывала его отвечать добром на добро. Его жизненная философия весьма проста – все должны ему, он не должен никому. Вместо благодарности и оказания прихлебаям, вроде как, заслуженной протекции Отарбек взял да и поднял ставки. Теперь под неимоверным грузом отметок гнулось все областное ГАИ, включая районные отделения. Благосостояние стало расти пуще прежнего. Увеличился личный автомобильный парк, множились табуны, стада и отары. Сено на его подсобное хозяйство, где постоянно работали батраки, иногда из числа тех, кто носил погоны, свозилось со всей области.

Задолизы, все же надеясь на праздник на своей улице, по-прежнему старались угодить ему во всем. С другой стороны у них не было выбора. В противном случае они сразу же попали бы в немилость своего бая, что означало потерять свой кусок хлеба.

Бай это знал и пользовался своей властью на полную катушку, без угрызений совести и приличия. Когда ему хотелось провести бурный вечер, он вызывал кого-нибудь из своих холопов и бесцеремонно «грузил». Причем в суммах не стеснялся. И ему приносили столько, сколько он требовал. Но этим дело не заканчивалось. После веселой гулянки он вызывал того же холопа, и тот приезжал и расплачивался.

На работе Отарбек стал надувать щеки еще усерднее, будучи убежденным, что того требует его новый статус. В его лексиконе появились такие слова, как «возьми на контроль», «в таком плане», «имей в виду» и т.д. Для солидности он даже стал надевать очки.

Отарбек абсолютно не стеснялся своего невежества. Как ни парадоксально, ему этого не позволял его собственный интеллект. Он даже и мысли допустить не мог, что часто выглядит полным дураком, и искренне считал, что высокий пост занимает вполне заслуженно, благодаря своим профессиональным качествам и умственным способностям. А потому, сам того не желая, изрядно веселил своих подчиненных.

Однажды к нему в рабочий кабинет зашел офицер с рапортом на отпуск. В бумаге было указано: «с выездом в курорт Боровое».

— Это в какой области? – надув щеки, в то же время по-чабански просто поинтересовался Отарбек. Он действительно этого не знал. И, скорее всего, слышал о Боровом впервые в жизни.

Кстати, рапорт остался неподписанным. Став начальником ГАИ, Отарбек ввел плату за все, будь то отпуск, очередное звание или перемещение по должности. А входной взнос за трудоустройство в госавтоинспекцию подорожал сразу в несколько раз.

Все боялись, но смеялись

Случилось это на профессиональный праздник. Гаишников одели в белые рубашки, надули шарики, развесили ленточки. Играла музыка, привезли ветеранов. Народу в тот день собралось необычно много. Приехали изо всех районов. С поздравлениями пришли люди из разных организаций, директора которых искали дружбы с начальником ГАИ. Все улыбались и поздравляли друг друга, а затем поднялись в актовый зал на торжественное мероприятие.

Как самый главный, поздравительную речь должен был двинуть Отарбек. Но беда в том, что с чтением у него проблемы, что по-русски, что по-казахски. А потому сделать это было поручено его заместителю. Зам с поставленной задачей справился, после чего приступили к чествованию ветеранов. На плечи каждого из них Отарбек надевал чапан, жал руку и вручал букет цветов. По окончании церемонии нужно было сказать пару умных слов. И он возьми да и ляпни прямо в микрофон: «Поздравить ветеранов в День ГАИ – это наша большая трагедия».

В зале на мгновение воцарилось безмолвие. Но все быстро поняли, что Отарбек перепутал слово «трагедия» со словом «традиция». Все, что он говорил дальше, было не важно, потому как в зале разразился всеобщий хохот. В этот раз стесняться никто не стал. Праздник все-таки.

К новым вершинам

Отарбек уверенно рос по служебной лестнице и дорос до заместителя начальника областного департамента внутренних дел. На его плечах к тому времени красовались полковничьи погоны. Туловище разрасталось в ширь, отражая уровень статуса и благополучия. Щеки раздувались больше, глаза становились меньше. Брюшная полость принимала форму большого канцелярского глобуса.

Теперь на нем лежала ответственность за работу сразу нескольких полицейских служб. Но это его не заботило. Для него высокая должность означала деньги и власть. И ничего более. А что там творится с преступностью – дело десятое и вовсе  не его. Все должны  приносить ему деньги. Это было его твердым убеждением.

Как то в одном из районов убили полицейского. Убийцу установили и объявили облаву. Тот решил живым не сдаваться и, вооружившись охотничьим ружьем, занял оборону. Подтянули спецназ. Приехал Отарбек. Построил спецназовцев. Сказал, чтобы поймали преступника. Затем тут же развернулся, расстегнул брюки и стал орошать колесо автобуса, на котором этот спецназ и привезли.

Хотели как лучше

Однажды в области произошел скандал с участием высоких полицейских чинов. Говорят, что слух об этом дошел до министра, благодаря Отарбеку, который в скандале не участвовал, но решил воспользоваться ситуацией, чтобы подсидеть начальника и занять его место. Но у того в министерстве свои люди имеются. А потому он очень быстро узнал, кто на него стукнул.

Отарбек попал в косяк. Генерал отобрал у него все полномочия, и приказал из кабинета носа не высовывать. Начались невеселые дни. Говорят, что в то время его даже видели у банкомата. За зарплатой приходил.

Генерал решил добить Отарбека окончательно. Зная о его интеллектуальных и особенно об ораторских способностях, он всегда освобождал его от публичных выступлений, дабы не позорил тот свое звание и должность. Но после того доноса доброта генеральская кончилась. Отарбеку поступила команда подготовить подробную информацию  о работе курируемых служб и выступить на подведении итогов работы за год. Избежать этой участи не было никакой возможности, поскольку генерал грозно предупредил:

— Не дай бог заболеешь, или еще, что.

Делать было нечего. Вызвал к себе Отарбек две самые светлые головы и наказал им готовить доклад,  да такой, чтобы у генерала даже вопросов не возникло. Те, засучив рукава, принялись за работу. Да только не знали они, что много умных слов в докладе Отарбеку только во вред.

Наступил ответственный момент. Отарбек вышел на трибуну сам не свой. От волнения дрожали все конечности, к горлу подступал комок, из носа текла жидкость. Представлял он в тот момент зрелище довольно жалкое.

Пыхтя, кряхтя и сморкаясь, и все это в микрофон, он дрожащими руками разворачивал перед собой бумагу с докладом. Затем, несколько раз прокашлявшись (опять в микрофон), наконец, приступил.

Долго читал Отарбек первый абзац своего доклада. Второй начинался словами: «Наружные службы обладают необходимым потенциалом для выполнения поставленных задач». Прочитать это предложение стоило Отарбеку немалого труда.

—        А теперь убери эту бумажку, и скажи мне, что такое «потенциал», — не выдержав, прервал его генерал.

—        …

—         Ну, чего молчишь? Что такое «потенциал»? Как ты понимаешь смысл  этого слова?

—         Ну… потенциал… это… потенциал… – растерянно промямлил бедняга- Отарбек.

—         Что значит: потенциал – это потенциал? Дай мне определение этого слова.

Отарбек откровенно «поплыл». Он стоял за трибуной и краснел с такой скоростью, что казалось, что можно прикурить от его лица. Зал, хоть и сдержанно, катился со смеху

—        Садись на место, — сказал генерал.

Ему этого было достаточно. Он хотел при всех опозорить Отарбека и он это сделал.

Сразу же после совещания Отарбек вызвал двоих умников, что готовили доклад, и те имели бледный вид, за то, что так его подставили.

Продолжение следует.

Арыстан Жолбарысов

 

 

 

 

Рубрика: