Немаловажная причина – это славная история протоказахских племен, строителей больших империй в прошлом.

И во-вторых, японцы отмечают свое значительное сходство с казахами. Поставь рядом японца и казаха, и будет трудно отличить, кто из них казах, а кто японец.

Вся японская расовая теория, японский расизм в годы расцвета («период Сёва», Эра Милитаристов) вращалась вокруг одной идеи — что японцы — тюрки.
Иными словами, когда Япония отошла от национальной автаркии («период Эдо», изоляция «сакоку») и оклемалась от рухнувшей на неё вестернизации периода Мэйдзи, японская нация стала искать своё место в мире. Каким-то удивительным образом японцы умозаключили, что они не чета ни китайцам, ни корейцам и иным прочим лаосам. Несмотря на принадлежность к монголоидной расе, японцы считают себя монголойдами западного типа, не восточного. Это значит, что их расовые теоретики больше соотносили себя с монголами, киргизами и казахами, нежели с малайцами или вьетами.
Отчуждение японцев от своих ближайших монголоидных соседей, равно как и тоска по тюркам и алтайской расовой прародине, как утверждается, послужили причиной известной жестокости, которую проявляли японские оккупанты на Дальнем Востоке.

«Японии, которую мы потеряли» — тема японского туранизма,который разрабатывался как национальная расовая философия японских фашистов, часть их великой «молнии, посылаемой на Запад», возвращения в семью евроазиатских наций.
И вот тут-то возникает самая интересная связь, которой уделяется очень мало внимания. Японские империалисты, испытывавшие безусловно сильные симпатии к немцам, своими партнёрами по созданию расовой тюрко-алтайской дуги видели вовсе не их.

Этим партнёром стала Венгрия Ференца Салаши, открыто провозглашавшего идеи пантуранизма. Вместе с венгерскими фашистами из Партии Скрещенных Стрел («Nyilaskeresztes Párt — Hungarista Mozgalom») намечалось артикулировать туранское присутствие внутри освобождённой Европы, подключив со временем к проекту финнов и эстонцев. Именно такая, тюрко-фино-угорская, Европа привлекала японцев на Западе, а не параноик Гитлер и не толстый Дуче.
Под туранизм и братание с венграми японцы стали копать аж с 1910 г., когда появилось законспирированное «Венгерское Туранское Общество».

Венгры выпускали журнал «Turan», в котором с завидной регулярностью появлялись статьи о Японии, необходимости сближения венгерской королевской династии с японским императорским двором и т.д. В 1922 г. Общество направило в Токио специальную культурную миссию, увенчавшуюся большим пониманием и большим успехом.
Незамедлительно последовали ответные действия. В 1921 г. в Японии был создан «Туранский Национальный Союз» («Цуран Миндзоку Домэй», он же «Альянс Народов Турана»). Он появился почти параллельно с созданным в Венгрии годом раньше «Венгерским Туранским Альянсом», который работал вплотную с японскими дипломатами в Будапеште.
В 1930-е появляется уже «Японское Туранское Общество» («Ниппон Цуран Кёкай»), ещё более плотно завязанное на венгерских национал-пантюркистов. Становится всё больше приверженцев концепции об общем происхождении венгров и японцев от одних тюркских предков.
Наконец, к 1938 г. был достигнут тот уровень, когда партнёрство венгерских и японских националистов приобрело серьёзные институциональные формы. Появилась «Японо-Венгерская Культурная Ассоциация («Никко Бунка Кёкай»). Но, увы, ей, как и всему мадьяро-японскому конкордату туранистов союзники подрезали крылья в 1945-м.

Лига Тюркских народов

 

 

 

 

Рубрика: ,