08 ноября, 2018 Нет комментариев

История Казахстана. О Карасай батыре. И не только о нем.

Хотя за 27 лет Независимости в Казахстане, как говорится, только ленивый не говорил о батырах, на самом деле научный, академический подход в изучении батыров и батырства как феномена казахской истории у нас еще только формируется. Несмотря на обвинения скептиков в мифологизации и героизации национальной истории, в постсоветский период была проведена огромная положительная работа историков, краеведов, журналистов по сбору материалов устной истории (и не только устной, но и письменной) о казахских батырах.

И мы должны признать, что это было совершенно справедливо и необходимо. Впереди исследователей ждет работа по осмыслению, критическому анализу, научной реконструкции  портретов отдельных батыров, но и целого социального института, хотя батырство в истории казахов, как мы понимаем, – это не только социальный, но и духовно-ментальный феномен, оказывавший непосредственное влияние на  культивирование патриотизма, формирование эталона человека и духовно-нравственных ориентиров кочевой культуры.

Поэтому проведение в КазНУ им. аль-Фараби конференции «Роль батыров в истории казахов», посвященной главным образом памяти прославленного героя – Қарасай батыра Алтынайулы (1598-1671) было своевременным, а итоги обсуждения темы оказались весьма  плодотворными. Ректор КазНУ им. аль-Фараби, акад. Г. М. Мутанов в своем выступлении обосновал актуальность обращения к истории батыров в свете программной статьи Елбасы «Болашаққа бағдар: рухани жаңғыру», подчеркнув уникальную роль доблестных защитников Родины прошлых веков в истории Казахстана.  

Доклады видных ученых РК (среди которых проф. Т. Омарбеков, проф. Х. Абжанов, проф. Ж. Артыкбаев, проф. Б. Карибаев, д-р Б. Еженханулы и др.) были посвящены как теоретико-методологическим вопросам, источникам (в том числе китайским документам 18 в. о казахских батырах), изучению батырства как такового, так и отдельным героям казахской истории – защитникам Родины, как Агынтай батыр, Райымбек батыр, Кабанбай батыр, Кожаберген батыр и др.  

Звучали имена ярких личностей борцов против джунгарского завоевания, которые были выходцами из всех жузов и племен, о чем свидетельствуют распространенные тогда указания того или иного казахского «тэйпа»* перед личным именем батыра: например, Аргын, Шапырашты, Алим и т.д. Предки в контексте ментальности той эпохи (когда не было фамилий, а в ходу были именно указатели тэйпов, прозвища, связанные с субэтнической идентичностью) произносили имена героев не иначе, как Канжыгалы Богенбай, Каракерей Кабанбай, Шапырашты Наурызбай и пр.   

Вообще, в связи с темой конференции стоит заметить, что в силу поддерживавшегося у нас веками комплекса национальной неполноценности мы не могли в своих учебниках и книгах употреблять в отношении наших ханов и батыров русско-европейские термины-эквиваленты «монарх»,  «император», «имперская политика» (например, касательно Великого Тюркского каганата и Золотой Орды), «принц», «принцесса», «аристократия», а также «генерал», «главнокомандующий», и др., хотя они допускаются для нашей истории не только метафорически, но и в буквальном, прямом значении. 

В  русскоязычной литературе в описании прошлого азиатских «инородцев» использовались  имеющие легкий пренебрежительный оттенок слова и эпитеты, как ханы, вожди, князья, властители орд и пр. Между тем, взять Узбек Мухамед хана (султан Мухамед Гийас ад дин, 14 в.). Он был не просто ханом, но именно великим самодержцем и императором Золотой Орды. Отпрыски рода чингизидов, например, потомки Касым хана,  Абулхайира и др., их сыновья, дочери, внуки должны называться в наших книгах и художественных фильмах не иначе, как принцами и принцессами (почему-то это нормально в отображении китайской, японской, турецкой, корейской истории, но «ненормально» для казахов).

Поэтому для описания нашей без преувеличения славной военной истории и героической традиции нас обычно ограничивали не совсем понятным для иностранцев, во многом устаревшим (либо специфическим и узким, сугубо казахским), к тому же и  неопределенным словом «батыр» (бахадур). На самом деле батыр батыру рознь. Это скорее просто приставка к имени или понятие, обозначающее положительные моральные и физические качества личности воина-кочевника. Ввиду своего широкого значения эпитет «батыр» охватывает огромный диапазон конкретных проявлений доблести, физической закалки и военного гения – от хорошего рядового бойца-кавалериста до генерал- фельдмаршала.  

О Кенесары Касымове сами русские и западные авторы написали, что он был равен великим главнокомандующим стран Европы. Большинство известных в истории XVIII в. казахских батыров (как Богенбай, Кабанбай-Ерасыл и др.) были не просто батыры и силачи. Они  командовали целыми полками, дивизиями, т.е. были де факто генералами, полковниками и пр. То есть, видимо, нам необходимо пересмотреть нашу привычную «совковую» терминологию в отношении военно-политической истории казахов и военной традиции тюрков, реконструировать нашу армейскую иерархию (а это тюрко-монгольские, также арабо-персидские термины, типа сардар, мынбасы, жузбасы и пр.) и найти их точные эквиваленты в  русско-европейской истории.

В центре обсуждения и анализа на научной конференции была личность Карасай батыра. Были выслушаны и обсуждены речи  потомков героя, краеведов Семиречья, знатоков шежире известного казахского рода шапырашты.  Согласно обстоятельному докладу д.и.н., проф. Т. О. Омарбекова, который дополнили ряд содокладчиков, Карасай батыр прошел тернистый путь от юного батыра до зрелого защитника страны и полководца, а позже  и мудрого бия, прожив 73 года.  Доблесть Карасай батыра  воспел  знаменитый Суюнбай Аронулы в историческом дастане «Карасай батыр», и великий поэт Жамбыл («Арғы атам әруақты ер Қарасай»). Непредзвятое объективное исследование и корреляция источников разного происхождения (в том числе, что немаловажно, русских) показало, что эта личность действительно оказала огромное влияние на историю и самосознание казахских племен Старшего жуза, а также была значительной и в общеказахском масштабе.

По мнению проф. Т. Омарбекова, нельзя огульно отрицать материалы из некогда вызвавшей бурную дискуссию автобиографической и генеалогической книги К. Тауасарулы (переизд. Алматы, 2008), в которой переданы далеко не плохие, во многом достоверные материалы из шежире о Карасае. Кстати, как выясняется, о батыре писали и русские источники (П. Румянцев, И. Фишер), а известный историк М. Тынышпаев указал, что имя Карасая является ураном (кличем) рода шапырашты. Этот факт признавал и краевед Н. Гродеков. Если имя батыра взяли в качестве урана целое казахское племя (тэйп), это говорит о реальном авторитете и серьезных заслугах.

Как было изложено в выступлениях ораторов, отца Карасая звали Алтынай абыз, т.е. он считался мудрецом и святым. Родился Карасай в 1598 г. в местности Карасаз, предгорьях Алатау, в эпоху казахско-джунгарских войн 16-17 вв. Его род назывался ескожа (входит в тэйп шапырашты). Как и многие казахские батыры, он был весьма крупного телосложения, даже великан (например, рассказывается, что шкуры одного быка еле хватало для того, чтобы сшить ему пару сапог. Допуская известную долю гиперболизацию, все же стоит заметить, что такие характеристики в народе были небезосновательны). Уже с 17 лет Карасай прославился своими подвигами, участвуя в сражениях с джунгарами.

Эпоха Карасая – это время правления ханов Есима, Джангира. И примечательно, что молодого энергичного батыра заметил великий хан Есим.  Согласно материалам устной историологии, батыр Карасай вместе с батыром Агынтаем блестяще выполнили секретную операцию по вызволению из джунгарского плена Джангир хана (Салкам Джангир). Здесь стоит всем нам обратить внимание на имеющий стереотип о том, что казахские батыры действовали в пределах своих аулах и жузах, были защитниками  границ своей родовой территории и «лоббировали» региональные  интересы (т.е. некоторые современные «знатоки истории», судя по себе, приписывают предкам тот примитивный и беззастенчивый трайбализм, которым сегодня грешат сами).

На самом деле, хотя казахская армия издревле строилась по родо-племенному принципу, но было у нас строгое подчинение всех главнокомандующим-ханам, происходившим из наджузовского правящего аристократического рода чингизидов (к ним обращались «таксыр», типа русского «Ваше высочество», и все от мала до велика  обязаны были отвешивать почтительный поклон во время приветствия). Наличие сословий «торе» и «ходжа» было гарантом национального единства казахов, поддерживало чувство государственной идентичности и общности идеологии, не давало этносу в условиях огромной, действительно Великой Степи рассыпаться и деградировать в хаотичные орды воюющих между собой трайбалистов-анархистов.

 Далее, например, великий Карасай батыр, хотя родился в предгорьях Алатау, но сражался во всех «горячих точках» бескрайних степей Казахстана и приграничных областях: на берегах Тобола, на западе Каспия, также в знаменитом Орбулакском сражении в ущельях Джунгарского Алатау, ездил с посольством к русским. А когда наступили спокойные времена, в зрелом возрасте Карасай и вовсе… эмигрировал со своей семьей и родичами из пределов Семиречья на север Казахстана.

Вопрос: по какому мотиву, ради кого он оставил «малую родину», свой отчий край?  Оказалось: Карасай батыр уехал жить…. к  своему закадычному другу, боевому товарищу из Среднего жуза, северянину, аргыну Агынтай батыру. Они так решили: со своими семьями и родами оставшуюся часть жизни провести вместе, в кочевьях Сары Арки. Там же, в ауле в северном Казахстане и умер великий Карасай батыр. Поэтому в Петропавловске в 90-е годы был сооружен памятник двум друзьям-батырам  – Карасаю и Агынтаю. Как знать, может к таким путешествиям, миграциям, «легкости на подъем» предрасполагало наших батыров унаследованная еще от древних саков, гуннов, тюрков и монголов, присущая казахским воинам-рыцарям всех поколений неприятие статики и инерции, тяга к романтике, скитаниям и подвигам, идеализм, граничащие порой с донкихотством…

Среди тех, кто был в окружении Карасай батыра в пору его славы, называются батыры разных казахских тэйпов (и даже кыргызы), о чем говорят их сложносоставные имена  Арғын Ағынтай, Қоңырат Алатау, Алшын Жиенбай, Қаңлы Сарбұқа, Әлiмұлы Төртқара Жиембай, Найман Көксерек, Жалаңтөс баһадүр, Суан Елтiндi, Асыл Әйтей, Қырғыз Көден и Табай. И какой же после этого трайбализм, местничество и регионализм? Думается, более глубокое и детальное изучение истории батыров, их биографий, наоборот, помогает как раз бороться с трайбализмом и различными вредными предрассудками сознания. А искоренение трайбализма в коллективной ментальности Президент РК Н.А. Назарбаев в статье, посвященной духовной перспективе «Взгляд в будущее: модернизация общественного сознания», определил одним из приоритетных задач.

Мы видим, что великие батыры прошлого своими деяниями, своей биографией показали нам, что в их сердцах жила любовь ко всему бескрайнему Отечеству, и сражались они за единую необъятную Родину казахов. Это выражалось не просто в  лозунгах и кличах на войне, в экстремальной ситуации – но и в буднях, в  повседневности, в мирное трудовое время, как мы видим из биографии легендарного Карасая, батыры были способны на большую личную дружбу, сотрудничество и духовное взаимопонимание независимо от родо-племенной и региональной принадлежности.

Вспомним, что и великий Каракерей Кабанбай, военачальник и любимец Абылай хана («Хан батыры»), дрался как лев во всех горячих точках оккупированного тогда джунгарами Казахстана, организовал защиту священного Туркестана, и был похоронен не на востоке, а на территории современной Акмолинской области. То есть абсолютно отсутствуют следы трайбализма, нет у батыров слепой привязанности к конкретному клочку земли и своим родовым границам. Хотя, конечно, истинный герой всегда помнит и трепетно относится к родовому кладбищу предков, к той малой родине, где, как говорили, «была перерезана пуповина».  

Итак, яркий героизм проявил Карасай в крупном сражении 1615 г в долине Тобола, в котором он мужественно сражался и пленил двух калмыцких тайши. При этом о подвиге Карасая эмоционально поведал Есим хану, честно свидетельствуя,  его соратник, батыр из рода конырат Алатау-бахадур (имя его тоже стало ураном данного тэйпа). Далее, известны из истории факты самоотверженной борьбы Карасай батыра (уже командира крупных военных подразделений) в кровопролитных жестоких битвах казахов против калмыков на западном побережье Каспия в 1627 г, когда фактически война шла непрерывно 83 года. И здесь в составе общеказахского ополчения рука об руку бились с врагом аргын Агынтай, найман Коксерек,  канглы Сарбука, торткара Жиембет. В этом побоище 30-летний доблестный Қарасай батыр 9 раз выходил на поединки, убив лично 11 калмыцких богатырей.  

И.Э. Фишер в «Истории Сибири» упоминает участие Қарасая в 1653 г. в крупном сражении между казахами и джунгарами в Притоболье. Как уже отмечалось, в расцвете сил Карасай батыр, как и многие другие герои с разных концов Казахской земли, покрыл себя неувядаемой славой в знаменитом Орбулакском сражении 1643 г. В финале Орбулакской битвы на помощь Жангир хану и его малочисленному войску в Семиречье подоспело из района Самарканда 20-тысячное войско Алчина (из младшего жуза казахов) Жалантоса-бахадура. Казыбек Тауасарулы не скрывает, что именно это предрешило блестящий исход сражения, в котором джунгары потеряли свыше 10 тыс. воинов.

Известны также исторические факты об участии Карасай-бахадура в военных акциях казахов 1652 г. Конечно, бесспорен вклад батыра-полководца в защиту священной жемчужины Казахстана – Семиречья, в освобождение древних земель родов Албан, Суан, Шапырашты, Ысты и др. от врага. Поэтому казахи Старшего жуза справедливо гордятся подвигами таких потомственных батыров, как  Қарасай, Наурызбай, Қазыбек, Өтеген, Райымбек, Кәшке, Сыпатай, Саурық и др.

Известно, что будучи уже аксакалом, мудрым бием, Қарасай батыр в 1669 г. ездил в составе делегации в Россию для переговоров о военном сотрудничестве (тогда еще Казахстан не был в составе империи). В делегацию входили  помимо Карасая влиятельные казахи других жузов: из племен Тама и Найман (матай). Тщетно они пытались добиться заключения взаимовыгодного соглашения, условием которого было помощь со стороны России оружием, современными пушками (возможно, казахи со своей стороны обещали обеспечивать охрану границ, беозпасность торговых караванов и др.). Но делегация не смогла  договориться  с представителями царизма, которые опасались   усиления и переворужения гордых казахов.

    Из материалов устной историологии кочевников раскрыты многие интересные факты, касающиеся биографии Карасай батыра, которые дают возможность реконструировать его духовный портрет. Его боевого коня звали Айтуяқ-тулпар, и это был черный иноходец, который дожил до преклонного возраста. В народе говорили, что дух-покровитель великого Карасай-батыра был полосатый красный тигр (кызыл жолбарыс).  Также трогательна и поучительна бытующая в народе история о том, как великий батыр вымаливал у Аллаха потомка. По преданию, у Карасая от его любимой жены-красавицы часто рождались здоровые и крепкие малыши, но они загадочно и быстро умирали, не дожив и года, в одно и то же время. Могучий батыр стал плакать как ребенок, когда хоронил очередного младенца, думая, что ему суждено остаться бездетным («ку бас»), что у казахов тогда приравнивалось к позору и высшему несчастью. Он убегал в степь и горы, жил некоторое время в одиночестве, охотясь на диких животных. 

Карасай батыр долго молился Богу, каялся, предавался аскезе, в мыслях говоря: «Я был батыром, много воевал, я был вынужден убивать очень и очень много людей. Хоть это были и враги, но все таки человеческие, точнее, божьи создания, и наверное они меня проклинали…». Наконец, Всевышний Аллах принял его покаяние. Во сне Карасай батыр увидел покойного отца, который прямо вручил ему в руки крохотного сына и предсказал, что всего их будет у него четверо. Безусловно, данный сюжет из шежире (независимо от степени достоверности и спорности)  имеет большую духовную глубину и воспитательное значение, т.к. такие рассказы учили многие поколения казахов основам гуманизма и мусульманского мировидения.

Хотя Карасай батыр стал счастливым отцом четырех сыновей, но однажды тонко испытав их, аксакал якобы с грустью произнес: к сожаленью, мой красный тигр (аруах) никем из вас не будет унаследован, и величие иссякнет в роду моем… но, быть может, он вернется в каком-то далеком будущем…   

 На конференции были озвучены другие редкие факты из шежире касательно легендарного Карасай батыра. Имена четырех сыновей батыра:  Әуез, Өтеп, Түрiкпен, Көшек.  Также любопытно и примечательно, что к Карасай-батыру восходит родословная Президента РК, Елбасы Нурсултана Назарбаева. При этом родословное древо Елбасы определяется в следущей нисходящей последовательности: Қарасай–Көшек–Айдар–Мырзатай–Кенбаба–Еділ–Сапақбай–Назарбай–Әбіш-Нұрсұлтан (Назарбаев).

 

* Тэйп – у казахов букв. «тайпы» или «тайпа», у кавказских народов  «тэйп»/«тайп», является модификациями араб. термина «тайф»,  означающего  «племя, род».

 

 

 

(По итогам республиканской научно-практической конференции

«ҚАЗАҚ ТАРИХЫНДАҒЫ БАТЫРЛАРДЫҢ РӨЛІ»,

Алматы, КазНУ им. аль-Фараби, 7 ноября 2018 г.)

Н.Д.Нуртазина,

доктор исторических наук,

профессор КазНУ им. аль-Фараби,

М.Д.Байдавлетова,

PhD, преподаватель кафедры

истории Казахстана

КазНУ им. аль-Фараби

 

Загрузка...

Добавить комментарий

You must be logged in to post a comment.