аС каждым годом экологическая ситуация в стране приковывает к себе все больше внимания государственных органов. Концепция «зеленой экономики» обязывает промышленные предприятия
использовать новые технологии для ограничения вредных выбросов в окружающую среду. Однако, по мнению некоторых экспертов, этих мер может быть недостаточно. Помимо использования современных технологий, необходимо усовершенствовать законодательство и ввести принятые в мировом сообществе прогрессивные методы мониторинга состояния окружающей среды.

Согласно данным международных рейтинговых агентств, Казахстан является самой загрязненной страной Центральной Азии. И с этим трудно спорить, поскольку мы – наиболее индустриально развитое государство в регионе. Индустриализация нашей страны насчитывает уже много лет. И многие промышленные предприятия уже отмечают 50-60-летние юбилеи.

Но время идет, и приоритеты меняются. Если в первой половине прошлого века валивший из заводской трубы черный дым радовал глаз, символизируя светлое будущее, то сегодня его видеть никто не хочет. В наши дни он олицетворяет собой проблему.

Вопросам экологии в настоящее время объективно уделяется все больше внимания. Появляется много информации, составляются международные рейтинги по уровню загрязненности городов. Но, к сожалению, люди склонны воспринимать информацию однобоко, с более близкой и понятной для себя стороны. Что же касается самих промышленных предприятий, то они сообщают о мерах по охране окружающей среды только в ответ на критику в свой адрес. Соответственно, об этих мерах знают немногие.

 

Дым отечества

Никто не спорит о том, что состояние воздуха в казахстанских городах далеко от идеального. И возможно, именно этот факт является причиной развития различных заболеваний, хотя прямых доказательств тому пока нет. Проблему, безусловно, нужно решать. Но в обсуждении вопросов экологии должны принимать участие не только представители промышленных предприятий, прессы и общественные деятели, как это у нас обычно происходит. К этому нужно привлекать местные власти, контролирующие органы, а так же тех, кто пишет законы, т.е. депутатов. Поскольку разговоры, которые ведутся на эту тему на различных «круглых столах», до «верхов» чаще всего не доходят, промышленные предприятия, задымляющие атмосферу, всегда остаются в выигрыше.

Одним из существенных факторов, усугубляющих проблему экологии, является урбанизация населения. Большинство заводов, имеющихся в Казахстане, было построено в советское время. И возводились они в соответствии с требованиями всех положенных норм, действующих на тот момент. Для наиболее крупных комбинатов, от которых ожидалось большое количество выбросов, выбирались места вне городских зон, с тем, чтобы дым, выходивший из заводской трубы, не накрывал город. Но за годы независимости промышленные города выросли, и жилые массивы приблизились к заводам практически вплотную. Заводы при этом продолжают работать и производить продукцию. Выбросы, соответственно, оседают на городских улицах, и появляется проблема охраны окружающей среды и здоровья населения.

 а

Когда дело — труба

— Теоретически из такой ситуации два выхода: либо закрыть завод, либо перенести город, — говорит кандидат экономических наук Алексндр Гойко. — Но первое отразится на экономике государства, а вторая затея весьма дорогостоящая. С другой стороны, если спросить людей, которые жалуются на грязный воздух, хотят ли они закрытия завода, вряд ли кто-то ответит утвердительно. Поскольку предприятие градообразующее, и дает в местный бюджет значительную часть всех собираемых налогов. Ситуация тупиковая. И ее не разрешит ни население, ни руководство завода. Значит нужно искать компромисс. И для этого нужна эффективная законодательная инициатива.

Алтынорда: — На мой взгляд, здесь есть еще два выхода: заставить всех ходить в противогазах, либо надеть на заводскую трубу более эффективный современный фильтр — противогаз. Причем, второе, кажется более реальным.

— Было бы неверным думать, что наши руководители заводов ничего не делают для того, чтобы ограничить выбросы. В этом плане они достигают вполне ощутимых эффектов. Хотя делать им это приходится так, как не делают нигде в мире. Т.е. на старую, еще советскую трубу, специалисты умудряются устанавливать новое очистное оборудование.

Алтынорда: — Но дым из трубы выходит все равно?

— Во-первых, на то она и труба, чтобы из нее выходил дым. А, во-вторых, от этого никуда не денешься. Разрушить старый завод до основания, и на его месте построить новый – экономически не целесообразно. И рабочие предприятия не виноваты в том, что город вырос и сам стал дышать его дымом.

Алтынорда: — Программа ФИИР предусматривает строительство новых заводов. Не столкнутся ли они с подобной проблемой в недалеком будущем?

— Что касается новых заводов, то они строятся в соответствии со всеми международными экологическими нормами, и с запасом на долгосрочную перспективу. И к устанавливаемому на них оборудованию сегодня предъявляются совершенно иные требования. Все печи должны быть закрытого типа. Очистные системы конструируются заранее. Расположение газоочистных систем таково, что они находятся вне территории завода на расстоянии нескольких десятков метров. Не придерживаться таких норм Казахстан сегодня не может, поскольку продукция, производимая с нарушениями экологических стандартов, востребована за рубежом не будет. За этим строго следят соответствующие международные комиссии. И после вступления нашей страны в ВТО этот вопрос будет еще актуальнее.

 

Отходы и доходы

 

Алтынорда: — Насколько мне известно, ситуация с промышленными отходами в Казахстане тоже оставляет желать лучшего?

— Отходы у нас в стране до сих пор подразделяются по классам опасности. Хотя везде в мире это называется классом токсичности. При этом разные источники говорят о разном количестве отходов. И расхождение официальных(!) данных может быть до десятков миллиардов тонн. Есть цифра 20 миллиардов, есть 22 миллиарда, есть 35 миллиардов. Отчеты министерств дают одно,  Госстатистика — другое, Казмеханобр – третье. В итоге мы не знаем, сколько миллиардов тонн отходов у нас в стране на самом деле. Это, во-первых. Во-вторых, все эти миллиарды тонн во всех отчетах названы токсичными. Представляете, какое мнение сложится о нашей стране, если где-то за рубежом озвучат, что в Казахстане накоплено 20 миллиардов тонн токсичных отходов? На поверку же выясняется, что в перечень токсичных отходов у нас входит песок, гравий, щебень и т.д. Только называются они токсичными отходами нулевого класса опасности. Бытовой мусор во дворах наших домов, рядом с которым играют дети, в несколько раз токсичнее. А люди-то в ужасе. Кто будет разбираться в классах опасности? И получается, что виноватыми в большей степени оказываются горнодобывающие компании, которые постоянно копают землю, и, соответственно образуют земляные горы. В международной практике отходы могут считаться опасными, в том случае, если они бесконтрольны. Но если они контролируются, находятся за ограждением на охраняемой территории, уровень опасности значительно снижается. У нас они все под контролем. Но ничего из этого до населения не доводится. Создается впечатление, что кому-то выгодно вводить людей в заблуждение и пугать разными ужасами.

а

Алтынорда: — В том числе онкологическими заболеваниями?

— Это тоже можно преподнести с разных сторон. Одни могут сказать, что это следствие высокой степени загрязненности воздуха в городе. Другие — что в городе высокий уровень медицины и сознательные жители, которые посещают диагностические центры, выявляют самостоятельно заболевания и лечатся. Когда такие вопросы поднимаются для того, чтобы их решить – это одно. А когда для того, чтобы раздуть и взбудоражить население – это совсем другое. Поэтому во всем мире промышленные корпорации публикуют свои отчеты, в которых открыто говорят о своем влиянии на окружающую среду, на население и вкладе в экономику региона и страны. В таких отчетах невозможно субъективно нарисовать красивую картину. Потому что действуют очень строгие правила. В них говорится о вещах, достоверность которых можно проверить, и которые могут подтвердить независимые эксперты. К сожалению, наши предприятия в этом процессе не участвуют. Потому что методы их измерения, которые существуют в Казахстане, были установлены еще в СССР, и в других странах уже не применяются. И мы в этом плане уже долго стоим на месте. Наши нормативы до сих пор выражаются в тоннах. Причем они устанавливаются каждый год индивидуально для каждого предприятия.

Алтынорда: — Кто их устанавливает?

— Заводское руководство нанимает экспертов, которые устанавливают нормы, передают в государственный орган на утверждение. Это издержки нашего законодательства.  И их очень много. Государственные органы тратят огромное количество времени и сил на ежегодное утверждение новых нормативов и проверку их выполнения. На мой взгляд, от большого количества проверяющих экологическая ситуация не улучшится. Если все это отменить и ввести общепринятые мировые стандарты, то в стране увеличится количество безработных. Вместо того, чтобы начать мыслить по-новому и делать реальные шаги, мы тратим бюджетные деньги на содержание армии никому не нужных чиновников. Я не хочу сказать, что контроль со стороны государства не работает. Но насколько эффективно – это другой вопрос. За последние десять лет в стране сменилось одиннадцать министров охраны окружающей среды. И каждый вновь приходящий задается вопросом, как он будет «душить» природопользователей. И душат они иногда вопреки задачам, которые ставит глава государства. Однажды мне на глаза попалось официальное письмо, в котором государственный орган предупреждал одно предприятие о предстоящей проверке. И в графе «цель проверки» было указано… пополнение бюджета. То есть государственные инспекторы целенаправленно шли за деньгами. Они так делали, делают и будут делать. Потому что эффективность их работы оценивается по количеству выписанных штрафов. И в таких условиях промышленным предприятиям нужно суметь не только уйти от удушающих приемов, но и увеличивать ВВП. В стране уже давно назрела необходимость введения более разумных и эффективных методов регулирования. Иначе улучшения ситуации мы не дождемся.

Рубрика: