americanzek1Двум казахстанцам, проходящим по делу бостонских террористов Царнаевых, светит реальный тюремный срок. Каково оно – чалиться на шконке в стране Свободы? Один наш соотечественник полтора года сидел в тюрьмах США, о чем и рассказал нашей газете.

Казахстанец сидел в федеральной тюрьме и двух миграционных кутузках. Кроме них есть еще State – там сидят по беспределу. Хотя и в федеральной тюрьме народ попадается серьезный – с фантастическими сроками 50 и более лет. Отбывали в основном за экономические преступления и наркотики, но кого там только не было… Сидели колумбийские наркодельцы и сомалийские пираты, душманы «Талибана» и истинные англосаксы, решившие подхимичить с налогами. Сидел престарелый афганский моджахед, на чьих руках была кровь советских солдат. Сидел мексиканский губернатор, крышевавший головорезов. Но в целом (процентов на 80) тюремный контингент вполне подходил под термин «быдло».
Главное американское тюремное противостояние – это война негров и латиноамериканцев. Белые стараются не ссориться ни с кем. Самый оптимальный круг общения, по мнению нашего соотечественника, – это ямайцы, доминиканцы и пуэрториканцы. Они очень разные, но тенденции к сволочизму среди островных растаманов нет.
Сидельцев из СНГ было очень мало. На всю многотысячную тюрьму один грузин, парочка эстонцев и несколько украинских мореходов, не поинтересовавшихся содержимым контейнеров, которые они перевозили. Сидел еще один армянский вор в законе, так он и в американской тюрьме не унывал: держал личного повара-ямайца, а в честь своего дня рождения сообразил угощение для 150 человек.С техасского кичмана
бежали три урканаВ камере федеральной тюрьмы сидят 24 человека – 12 двухъярусных коек. Есть душ и туалет, телевизор работает 24 часа в сутки, но, чтобы услышать звук, надо надеть наушники. Латиносы смотрят только футбол, а негры – гангстерские боевики. Свет горит круглосуточно, зеки на ночь приглушают его абажуром, склеенным из коробки из-под игры «Монополия». Подъем – в шесть часов утра, желающие отправляются на завтрак. Через час двери камер открыты, заключенные разгуливают по своей территории. Библиотека, кружки рисования, игры на гитаре и английского языка. Некоторые учатся заочно в университетах. Через каждые два часа наступает каунт-тайм – время пересчета зеков: заключенный должен вернуться в свою камеру и стоять у койки. Мероприятие это рутинное и бессмысленное – побегов не бывает. Но в американской тюрьме все делается в точном соответствии с пенитенциарными процедурами. Вся почта просматривается на предмет наличия насилия и эротики. Как-то на страницах «Комсомольской правды. Америка», получаемой нашим со-отечественником, бдительная почтальонша обнаружила фотографию статуи Аполлона Бельведерского. Действуя в строгом соответствии с инструкцией, она стала закрашивать Аполлону пипитун. Соотечественник вспылил и обозвал ее идиоткой. Итог – восемь суток карцера.Здесь вам не тутНадзиратели в американской тюрьме подразделяются на две категории: персонал, проводящий с заключенными дни и ночи, и «черепашки-ниндзя», которые появляются в считанные минуты при малейшей крамоле. Это здоровенные лбы, с ног до головы закованные в броню, с электрошокерами и ружьями, стреляющими ловчей сетью. Заслышав приближающийся топот «черепашек-ниндзя», все участники конфликта немедленно прекращают сражение, принимают максимально расслабленные позы и заводят непринужденный светский разговор с недавними оппонентами. Но «черепашек-ниндзя» этим не проведешь – они выстроят всех в шеренгу и тщательно досмотрят на наличие синяков и шишек. Территория насквозь просматривается телекамерами, поэтому никакие драки невозможны. А вот в камере их нет, так что желающие выяснить отношения идут или туда, или в туалет, или в душ. Но «черепашки-ниндзя» все равно прибегут, потому что кто-нибудь из зеков стукнет. А стучат в американской тюрьме все. Повсюду висят плакаты: «Если вы чувствуете, как к вам пристраиваются сзади, – стук-стук, и нет проблем».
Алкоголя в тюрьме практически нет, а наркотики – редкость. Чтобы передать во время свидания капсулу с марихуаной, жене зека приходится пронести ее в причинном месте, затем в туалете переложить травку под язык и передать супругу изо рта в рот при поцелуе. Зек проглотит капсулу, чтобы спустя пару дней выловить ее из унитаза. Счет срока не портит»Рентген души – тюремный голод». Так говорил Губерман. Наш соотечественник испытывал его в американских казематах постоянно. Казахстанец смотрел на еду вообще и на мясо в частности не так, как зеки-янки. Внешне, казалось бы, все в порядке – большой поднос с разносолами, рис, салат. Отдельный стол для диабетиков и вегетарианцев, кошерная и халалная еда, евреям и мусульманам почему-то добавочно положен томатный сок. А вот мясо… Положение смягчает камисэри – тюремная лавка. Но и там ассортимент представлен продуктами, которые на воле вряд ли кто из казахстанцев стал бы кушать. В камисэри все расчеты безналичные – денег у зеков нет. Роль тюремной валюты играет туна – банка с консервированным тунцом. Одна туна равна двум долларам, на нее покупается все, и инфляции она не подвержена. Например, карты в американской тюрьме не запрещены, и призовой фонд в покерном турнире – 800–1 000 тун.В целом американские тюремные нравы более прагматичные, чем у нас. Я спросил нашего «откинувшегося» соотечественника: можно ли определить сущность американской пенитенциарной системы одной фразой? Не задумываясь, он ответил: «Здесь правая рука не ведает, что творит левая».

№ 140 (17740) от 03.08.2013
Александр КАМИНСКИЙ, Алматы

Источник — Экcпресс-К

Рубрика: