7d7672ed5b62ddb94750dcc257aea846-smallТак считает директор Центра макроэкономических исследований Олжас Худайбергенов. В четверг, 5 марта, он прокомментировал Forbes.kz выступления финансистов, предлагающих срочно девальвировать тенге.

F: Олжас, на экономическом саммите в Алматы 4 марта представители бизнеса, банкиры и экономисты практически в один голос уверяли: девальвация тенге неизбежна. И, по их логике, чем дольше правительство тянет с «корректировкой курса», тем хуже нашей экономике. Вы согласны?

— На саммите за девальвацию выступало всего 4-5 человек, и есть ощущение, что они руководствуются корпоративными интересами, а не экономической логикой. Рынку нужна не девальвация, а четкая определенность по курсу тенге.

F:  На той же встрече глава центра экономического анализа «Ракурс» и бывший председатель Нацбанка Ораз Жандосов сетовал на то, что данные регулятора непрозрачны, и по ним невозможно понять, сколько страна тратит на поддержание курса тенге. Это так?

— Данные по резервам прозрачны — вопрос лишь в методике, как считать: со свопами или без них. Но, с другой стороны, валюту, поступающую по свопам, тоже надо учитывать, и с точки зрения отчетности они могут учитываться в резервах. В любом случае, скажем, если будет заявлена «тенговая гарантия», свопы обнулятся, а резервы увеличатся, то есть какой-то серьезной проблемы с точки зрения сохранения и наращивания резервов не вижу.

F: В Национальной палате предпринимателей утверждают, что огромное число предприятий страны на грани закрытия, повсеместно сокращают объемы производства, отправляют сотрудников в отпуска без содержания. Например, 500 сотрудников «Рахата» отправлены в неоплачиваемые отпуска. Разве это — не яркий пример того, что отечественные предприятия действительно не выдерживают конкуренции из-за подешевевших российских товаров? Если не девальвация спасет экономику, то что?

— Часто резкие формулировки ошибочны. Проблемы испытывают многие компании, но у всех разные причины: одни страдают от сокращения госрасходов, другие — от сокращения расходов нефтяными компаниями, третьи — из-за падения спроса населения, четвертые — из-за падения курса рубля. Так вот, доля тех, страдает от рубля, намного меньше тех, у кого проблемы вызваны другими причинами. Потом, этим компаниям можно помочь через точечное субсидирование и временное ведение квот и пошлин на российские товары — по бензину ведь ввели 45-дневный запрет на ввоз, а по другим товарам надо ввести даже не запрет, а всего лишь пошлину.

Сама девальвация не поможет: ведь та же российская промышленность сильно страдает от девальвации рубля, и в этом году ее объем сократится на 10-15%, что означает сильный спад. Это как если бы закрылось каждое седьмое предприятие. Кстати, в России кондитеры тоже «хромают», несмотря на девальвацию, точнее — из-за нее. Поэтому объяснение всех проблем только изменившимся курсом рубля и разговоры о необходимости девальвации — это профанация антикризисных решений.

F: Многие в стране критикую программу государства по дедолларизации экономики. Одни говорят, что административными мерами ничего не решить. Другие утверждают, что это путь назад, в 90-е (в частности, предложение разрешать покупку определенной суммы валюты — только под конкретную сделку). А как вы относитесь к программе дедолларизации?

— Того, что объявлено государством, пока недостаточно. Реальная дедолларизация будет достигнута через введение тенговой гарантии, то есть через создание экономических стимулов, когда тенговые депозиторы будут защищены от девальвации и получают более высокие ставки доходности.

Об авторе

Виктор Бурдин
обозреватель Forbes.kz

Рубрика: