23 апреля, 2020 Комментарии к записи Что стало с баями и певцами Казахской Степи во время Голодомора? отключены

Что стало с баями и певцами Казахской Степи во время Голодомора?

Мы далеки от примитивной и жесткой схемы в духе «Краткого курса истории ВКП(б)» (1937), в данном случае показа казахского социума нач. ХХ в. в черно-белом образе, где на одном плюсе – «плохие» баи, а на другом – «хорошие» бедняки.

Да, безусловно, возник большой перекос, наблюдалась серьезная деформация ценностей; безблагодатных, недалеких богачей в Казахской Степи стало больше. Но даже в оценке той сложной эпохи нельзя, как говорится, стричь под одну гребенку всех имущих казахов.    

С религиозно-философской точки зрения нужно видеть амбивалентность богатства и обладания властью. Хотя Христос сказал, что легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу в Царствие Небесное (и во всех религиях любимец Бога – это все-таки бедняк, а не богач), тем не менее такой подход никогда не призывали абсолютизировать.

Суфийские мудрецы Востока, как и индийские гуру учили, что с точки зрения Бога гораздо важнее внутренняя непривязанность, духовное равновесие и равнодушие к материальным благам и власти, нежели сам факт обладания–не обладания. Так что бывает, что алчущий богатства нищий может быть более отвратительным и грешным, чем тот, кто имеет в руках золото и богатство, но не прикипел к ним душой, готов щедро делиться с другими и даже легко раздать все имущество ради Аллаха.

 В жизнеописаниях древних пророков и святых можно найти много поучительных фактов о раскаянии богачей и владык мира сего и обращении их в веру, материальной поддержке ими монастырей, суфийских обителей и шейхов.  В истории распространения ислама по замыслу Бога на помощь бедному Мухаммеду «вовремя подоспели» богатая вдова Хадиджа бинт Хувайлид, а потом и богатый купец (будущий праведный халиф) Абубакр….

И, наоборот: не будем забывать, что, например, «распни, распни его!» - кричали, требуя казнить Иисуса, толпа бедняков и нищих. В 1917-1937 гг. 90% кровавых преступлений, террора на просторах России и СССР было совершено вовсе не богачами и аристократами, а неграмотным пролетариатом, обнищавшими  крестьянами и батраками, озверевшими  солдатами и матросами.     

Если говорить ближе к теме казахского прошлого, то скажем сразу, к примеру, Абай – великий казахский поэт и просветитель, совесть и честь нации для того времени, был отнюдь не бедным человеком. На самом деле  великий Абай Кунанбайулы происходит из богатого и влиятельного казахского рода (мы уже упомянули  факт о том, что когда-то на годовщине смерти его деда Ускенбая было зарезано 500 лошадей и устроены пышные поминки в масштабе всей Казахской Степи). Если бы Абай был бедным, он не смог бы обучать сначала в Тюмени, а затем в столице империи – Санкт-Петербурге своего любимого сына Абдрахмана. Этот блестящий юноша, подававший большие надежды, окончивший Михайловское военное артиллерийское училище, дослуживший до чина подпоручика, в совершенстве владевший русским и немецким языками, к сожаленью и великой скорби отца, заработав за период жизни в Питере чахотку, умер в возрасте 27 лет…

Парадокс был и в том, что большинство образованных казахов-патриотов, боровшихся в поте лица за просвещение, прогресс и свободу нации (речь идет о группировавшихся вокруг первой национальной газеты «Казах»  и создавших партию «Алаш» интеллигентов), были детьми казахских баев. Да, было среди алашевцев немало выходцев из бедняков, но значительную часть данного интеллектуального движения казахских джадидов составляли личности, которые смогли получить образование в хороших русских гимназиях и университетах и даже за пределами империи (например, в Варшаве, Стамбуле, Каире) благодаря материальной поддержке своих отцов-баев.

Позже алаш-ордынцы на страницах своих газет и журналов будут восхвалять меценатов и писать о тех казахских «хороших баях»,  которые перестроили свое мышление, поддерживают новые мусульманские школы (ново-методные мектебы и медресе). Хотя  интеллигенция «Алаш» при этом с грустью отмечала, что таких сознательных и справедливых богачей все еще мало; большинство же казахских баев еще «невежественны» («надан») и «не проснулись».

К примеру, в газете «Казах»  (1913-1918) приводили положительный пример жизни Маман-бая из Семиречья и его потомков, прежде всего одного из первых крупных торговцев и предпринимателей из числа казахов того времени Турусбек-хаджи, стоявшего у истоков реформы просвещения в регионе. Братья Мамановы  (Турусбек-хаджи, Сейитбаттал-хаджи,  сыновья Кудайберген-эфенди, Есенкул-эфенди и др.) активно поддерживали торговлю, земледелие, модернизацию национального сознания казахов. Но не в сторону огульной европеизации и русификации, а именно в духе джадидизма, синтеза, подражания  младотурецкой модели.

Их не любила советская власть

Казахский клан Мамановых оставил яркий след в отечественной истории тем, что щедро спонсировал созданную новую (джадидскую) мусульманскую школу-медресе «Маманийа», в которой в 1918 г. обучалось 200 шакирдов (учеников) и преподавали лучшие учителя, приглашенные из разных городов империи и даже из Стамбула.

В качестве советника и консультанта при создании данного лучшего  учебного заведения для мусульманской молодежи Семиречья баи-меценаты пригласили выдающегося казахского лингвиста и педагога, одного из лидеров партии «Алаш» Ахмета Байтурсынова (репрессирован и расстрелян в 1937 г.). По совету А. Байтурсынова директором медресе «Маманийа» был назначен один из образованнейших казахов того времени (выходец из Западного Казахстана), владевший восемью языками, выпускник Каирского университета, филолог, юрист Габдулазиз Мусагалиев.

Немаловажно заметить, что бая-мецената и предпринимателя Турусбека Маманова уважал сам генерал-губернатор Семиреченского края Г.А. Колпаковский (кстати, глубоко верующий человек и весьма одаренный). Генерал назначил аксакала Турусбека-хаджи правителем волости и советовался с ним по вопросам казахской жизни и традиции.  Разумеется, с приходом Советской власти представители славного рода, потомки Маман-бая были объявлены врагами народа, раскулачены, сосланы в Сибирь, другим удалось эмигрировать в пределы Китая (Синьцзянь).

И все же таких, как Турусбек-хаджи, Эсенкул-эфенди – «первых ласточек» модернизации и национального возрождения, примкнувших к младоказахскому движению нач. ХХ в., т.е. успешных, богатых и в то же время настроенных гуманно и патриотично новых баев, было тогда немного. 

 

 

 (продолжение следует)

 

 Автор: Н. Нуртазина  

 


Комментирование закрыто.

2025d523818cd5cb