В жизни она очень скромный человек, привыкший довольствоваться немногим.  Любимая ученица народной артистки СССР Хадиши Букеевой, отмечающая в эти дни свой юбилей, Айымторы Тайгаринова, несмотря на свой семидесятипятилетний возраст, не потеряла интерес к жизни и театру. 
А между тем судьба ее была не такой и простой. Были в ней свои взлеты и падения. Как была и горячая любовь зрителей, приходивших на ее спектакли. И вот что сама она об этом вспоминает.

ЛИТЕР-Неделя: Айымторы-апа! Хотелось бы поздравить вас с днем рождения. Вам исполнилось семьдесят пять лет. Как ваши коллеги по цеху решили отметить эту юбилейную дату?
А.Т.: 
Да, коллеги готовятся к юбилею. Это ветераны сцены. Но многие уже не работают в театре. В театре практически никого не осталось из поколения шестидесятых. Тех, кого знала я и кто знал меня. Театр омолодился, пополнился новыми именами. Многое изменилось. Кто-то нашел себя в творчестве, кто-то снимается в кино, на телевидении. Из мэтров старой школы я сегодня общаюсь в основном с Раей Калеолдиной, Гульжамал Казакбаевой, Лидией Каденовой, Тамарой Косубаевой. Они меня не забывают, навещают, спрашивают о здоровье. Все они прославленные актеры.
ЛИТЕР-Неделя: Гульжамал Казакбаева снимается сейчас во многих фильмах. Мы видели ее и в последнем сериале «Аке серты», где она играла мать главного героя.
А.Т.:
 Снималась до недавнего времени. Тут нужна поправка. Она заболела и на данный момент восстанавливается. Я ей желаю скорейшего выздоровления. И всего самого хорошего. Творческих успехов.
ЛИТЕР-Неделя: Пик вашей популярности пришелся на 60–70-е годы. Каким было то время в театральной жизни страны?
А.Т.:
 Тогда в театр ходить было модно, как сказали бы сейчас – актуально. Зрители, включая номенклатурных секретарей обкомов, толпами шли на премьерные спектакли. В залах почти всегда были аншлаги. За кулисы заходили поклонники, поздравляли с премьерой, просили автограф. И было непонятно, то ли к театру многие молодые люди проявляют такой интерес, то ли лично к моей персоне. Но поклонников было у меня много. И было много цветов. Постоянно поздравляли, общались со мной. И тут же хочу поделиться одним наблюдением. Когда ты на сцене, зрители тебе аплодируют, дарят цветы, просят автографы. А в обычной жизни, после спектакля, многие меня не узнавали. Выходит, мне так удавалось перевоплощаться в своих героев. А в обычной жизни я совершенно другой, не очень приметный, скромный человек.
ЛИТЕР-Неделя: Был успех. Было признание зрителей. А кто был вашим учителем на сцене и в жизни? Кто был вашим наставником с большой буквы?
А.Т.: 
Актерское мастерство нам преподавали Нурмухан Жантурин и Азербайджан Мамбетов. А что касается наставничества, то я хотела бы отдельно сказать о народной артистке СССР Хадише Букеевой. Она учила меня буквально всему. Я многое у нее переняла. И культуру речи, и сценическое мастерство, и умение взглянуть на театральную постановку со стороны, режиссерским взглядом. Я долгое время жила у нее дома. Среди всех девчонок нашей театральной группы она почему-то особо выделяла меня.
ЛИТЕР-Неделя: Я знаю, что вы долгое время играли в Чимкентском драматическом театре.
А.Т.: 
Да. Это были очень хорошие годы. У меня было практически все. Мне четыре раза выдавали ордера на новые квартиры. Но я по складу своего характера очень мягкий и добрый человек. Я не могу проходить мимо несправедливости, мне жалко людей. Поэтому так и получилось, что все свои квартиры я раздала нуждающимся в них людям. Себе ничего не оставила. И вот сейчас я думаю, может быть, благодарность этих людей сыграла свою роль в моей судьбе и мне вернулось долгими годами жизни. Хотя многие считали меня ненормальной за то, что я не копила никогда богатство. Чтобы помочь ближнему, я часто отказывалась от своего. Случались и такие моменты во время наших театральных гастролей. Мы порой на ночлег останавливались в частных домах. Так вот, актеры после вечернего ужина сразу же ложились спать, чтобы утром встать свежими как огурчики. А я еще помогала хозяйке дома в приготовлении пищи. Это многих удивляло.
ЛИТЕР-Неделя: Выходит, вы никогда не страдали звездной болезнью?
А.Т.: 
Нет. Даже мыслей об этом не было. Я любила свою работу, любила самозабвенно. Но при этом мне всегда хватало понимания и такта, чтобы осознавать: если зритель на сцене меня принимает, это вовсе не дает мне права становиться хамкой и зазнайкой.
ЛИТЕР-Неделя: А какая творческая атмосфера была в театральных коллективах тех лет?
А.Т.: Ой, это было нечто. Что-то непередаваемое. Были среди нас такие маститые, профессиональные, великолепные мастера сцены, что не грех их назвать звездами. Хотя слово «звезда» тогда не употреблялось. Выслушивать рассказы этих людей всегда было очень интересно. Такие минуты отдыха в кругу родного творческого коллектива тоже были своего рода «концертами» после концерта. А потом, часто приходили журналисты, просили дать интервью. Хотя, по правде говоря, порой и хотелось все это бросить, когда думалось, ну сколько еще можно жить такой бродяжьей, необустроенной жизнью.
ЛИТЕР-Неделя: В каких наиболее известных спектаклях вам доводилось играть?
А.Т.:
 Я играла в «Горянке» Расула Гамзатова, в «Жамиле» Чингиза Айтматова, в «Волчонке под шапкой» Калтая Мухамеджанова. Это был очень популярный спектакль в наше время.
Театр был в те годы отдушиной. Человек шел в театр, чтобы найти там ответы на вопросы, которые волновали общество. Ту правду жизни, о которой умалчивали газеты и кино, часто можно было найти на театральных подмостках. И это не просто красивые слова.
А ведь была и обратная связь, чего нет в кино. Нас, актеров, заряжала энергией невероятная по напряжению атмосфера зала. Эти ощущения просто трудно передать словами. Но мы его на сцене испытывали. Мы буквально купались в энергии зала. Она давала нам второе дыхание. Когда ты весь отдаешься роли. Когда ты действительно умираешь на сцене вместе с твоим героем… И все… И тишина… Смерть… Молчанье… И вдруг гром, шквал аплодисментов.
Все это надо самому пережить, чтобы понять, как это прекрасно. Я любила театр в юные годы, и я люблю его сейчас, в преклонном возрасте. Особенно я любила свою роль мальчика в спектакле «Судьба отца». Это была трагедия, вызывавшая слезы у зрителей. В зале стояла напряженнейшая тишина, лишь изредка нарушаемая рыданиями женщин, пришедших на этот спектакль. Мне очень жаль, что эту постановку сегодня забыли.
Оглядываясь на прожитые годы, я понимаю, что, несмотря на все трудности, с которыми мне пришлось столкнуться, я счастливый человек. Мне есть кого и что вспомнить. И мне нечего стыдиться.

ЛИТЕР-Неделя: А как складывались ваши отношения с кино?
А.Т.:
 Оказывается, когда я училась в театральном, некоторые мои сокурсники потихонечку снимались в кино. Я же считала себя очень неудачной в плане внешности. Ростом невысокая, незаметная, да еще плохо одевалась. Да и никто меня не поддерживал. Только бабушка одна у меня была. Именно она помогла мне состояться. Хотя приходилось работать по ночам, а днем учиться.
ЛИТЕР-Неделя: Но в фильмах вы все равно снимались?
А.Т.:
 Да. Но ролей в кино у меня было не так уж и много, всего пять или шесть. Не считая ролей бабушек-старушек, что достаются мне в последние годы. Но все-таки главная моя любовь – это любовь к театру. А с другой стороны, казахстанский кинематограф в последнее время превратился в какой-то не совсем для меня понятный рыночный «бизнес-продукт». Часто я вижу, как в казахстанских картинах снимаются люди, вообще ничего не смыслящие в актерском мастерстве. Я вижу, как они переигрывают, срываются на фальцет, играют неестественно. А ведь мы же профессионалы старой школы. И такую бьющую с телеэкрана наигранность или вообще полное неумение играть отмечаю не я одна. И я понимаю, что таких, извините, «актеров», приглашают в кино по блату. Потому что это чей-то сын или чья-то дочь. Хотя мне бы очень хотелось, чтобы казахстанский кинематограф получил второе дыхание. Чтобы туда пришла новая волна талантливых режиссеров, актеров, сценаристов и операторов. И чтобы все они были профессионалами с высокой буквы.
ЛИТЕР-Неделя: Но у нас стали появляться тем не менее хорошие фильмы. Такие как «Жаужурек мын бала», «Шал», «Аке серты».
А.Т.:
 «Шал» смотрела с нескрываемым удовольствием. Фильм очень понравился. Это прорыв. Хотя и в этой картине не все так безупречно. Надо, наверное, было все-таки давать сюжетные разбивки. Чтобы не показывать на протяжении всего времени одного старика и волков. Но в целом фильм очень хороший. Сразу видно, что над картиной работал профессионал.
И то же самое могу сказать о ленте «Жаужурек мын бала». Думаю, картина достойна того, чтобы пополнить золотой фонд нашего отечественного кино.

Беседовал Серик МАЛЕЕВ, Алматы

http://www.liter.kz

Рубрика: