келПравительство Казахстана рассмотрело Концепцию развития финансового сектора до 2030 года. По словам главы Национального банка страны, Концепция необходима для того, чтобы успешно противостоять внешним финансовым потрясениям и снизить зависимость отечественной экономики от влияния извне.

Громадье планов

В течение последних нескольких лет понятие «мировой финансовый кризис» мы слышим едва ли не ежедневно. Те, кому положено, с ним знакомы детально. Более того, им известно, как и с чего он начался. Тем же, кто не посвящен в закулисные игры мира финансов, вкратце поясним, что кризис зародился в США после обвала котировок нескольких системообразующих банков. Ну, а поскольку вся мировая экономика сегодня привязана к доллару, волна кризиса накрыла весь мир. Кого-то в большей, а кого-то в меньшей степени.

Получилось так, что в большей степени, кроме самих США, от этого пострадала Европа. И в меньшей степени – Азия. Почему? Вопрос отдельный, требующий особого пояснения. Но, если в двух словах, то очевидно, что финансовый сектор азиатских стран оказался более устойчивым, нежели в странах Европы. И во многом благодаря бурному развитию экономики в целом. А, коли так, то нам есть с кого брать пример и перенимать положительный опыт. И, если мы хотим выработать иммунитет от дальнейший возможных потрясений, время от времени вызываемых капризами доллара, нам необходимо развивать свой финансовый сектор и выводить его на уровень азиатских стран.

На пресс-конференции по этому вопросу было сказано, что, для того чтобы финансовый сектор Казахстана был более устойчив к внешним факторам в виде мировых кризисов и мог обеспечить доступные денежные ресурсы внутри страны в достаточном объеме, нужны новые законы и правила. Именно поэтому Правительство сочло необходимым принять новую Концепцию развития финансового сектора, рассчитанную до 2030 года. Инициатором и разработчиком этого документа выступил Национальный банк страны.

Концепция предусматривает коренные изменения в финансовом секторе, суть которых заключается в укрупнении и усилении банков второго уровня.

вс

— Новая модель развития банковского сектора делает акцент на усилении группы крупных системообразующих и средних банков, — сказал председатель Национального банка республики Казахстан Кайрат Келимбетов. — Крупные казахстанские банки будут представлять ядро банковского сектора Казахстана на финансовом рынке Евразийского экономического союза, а средние банки обеспечат более высокий уровень конкуренции по основным видам банковских услуг для корпоративного сектора и населения. Для этих целей с 1 января 2016 года Нацбанк намерен поэтапно увеличивать требования к минимальному размеру собственного капитала банков с нынешних 10 миллиардов тенге до 100 миллиардов тенге. Банки, которые не будут соответствовать этому требованию, смогут продолжить свое функционирование, однако для них будет ограничена максимальная сумма привлечения депозитов физических лиц.

На самом деле в нынешних условиях уже давно назрела необходимость повышения требований к отечественным финансовым институтам. Тем более, что эти меры отражены в задачах, поставленных перед правительством президентом страны. Однако для того, чтобы повысить долю кредитования в отечественной экномике, банкам второго уровня необходимо увеличение капиталов и дополнительные инвестиции. Это в свою очередь позволит развивать новые высокотехнологичные и интернет-услуги, включая мобильный банкинг.

Вместе с тем, для повышения устойчивости финансовой системы страны необходимо, чтобы казахстанские банки перешли на международные стандарты. Регулятор предлагает это делать поэтапно. Для этого банкам второго уровня дается определенный период времени, дабы пройти безболезненную адаптацию к новым требованиям.

– Кроме перемен, касающихся банковского сектора, новая концепция также затрагивает вопросы, актуальные для общества. Речь идет о повышении финансовой грамотности населения, развитии инфраструктуры платежных услуг, повышении рыночной дисциплины со стороны финансовых организаций, — сказал далее Кайрат Келимбетов.

Что касается проблемы невозврата кредитов, то глава нацбанка сказал следующее:

— На уровне Национального банка и Правительства есть твердая политическая воля до 1 января 2016 года снизить количество проблемных кредитов до 10 процентов. В частности, Правительство совместно с Нацбанком подготовило проект изменений в налоговое законодательство, которые позволят облегчить возможность списания безнадежных кредитов. Надеемся, что эти изменения станут законом после подписания его главой государства, и уже тогда можно будет вести речь о создании беспрецедентных условий.

На чужом опыте

О перспективах развития отечественного финансового сектора мы попросили рассказать специалистов.

— Если говорить о Восточно-Азиатском чуде, которое, скорее всего, рассматривается в качестве положительного опыта, то там все стало так хорошо далеко не сразу, — говорит финансовый аналитик Родион Тен. – Однако надо признать, что первоначальные условия там были лучше, чем у нас. Во-первых, потому что в этих странах не было существенного оттока капиталов. Причем, как финансов, так и человекоресурсов. В то же время, если вспомнить ситуацию 1997 года, то рынки ценных бумаг в Юго-Восточной Азии пострадали очень сильно. По сравнению с ситуацией годом ранее, к примеру, на рынках Тайланда цены рухнули на 63 с лишним процента, а в Малайзии, Филипинах и Индонезии обвал цен составил порядка 50 процентов.

Затем грянул банковский кризис. Это особенно характерно для регионов, где рынки ценных бумаг относительно неразвиты. Предшествующее «перекраивание» краткосрочных вложений в долгосрочные инвестиции еще более усилило уязвимость банков. Следует отметить, что основной удар в такой ситуации приходится именно на банковский сектор, острота проблем которого особенно возрастает с учетом имеющихся нерыночных принципов взаимоотношений в рамках крупнейших финансово-промышленных группировок и частого административного вмешательства государства, что для нас характерно. До февраля 1998 года новым индустриальным странам Юго-Восточной Азии удавалось избежать массовых банкротств финансовых институтов, что несомненно ограничивало размах и силу разрушительных кризисных процессов. Тем не менее, по данным на конец 1997 года в Южной Корее была приостановлена деятельность 14 коммерческих банков, в Индонезии закрылись 16 неплатежеспособных банков, а в Таиланде приостановлена деятельность 58 частных банков, 56 из которых были закрыты.

— В чем была основная причина?

— Сегодня уже никто не отрицает, что «обвал» рынков начался с Таиланда. Однако выделить какое-либо одно событие, которое послужило тому причиной, нельзя. Причиной стала комбинация отрицательных факторов, таких как неожиданный всплеск инфляции (до 7 процентов годовых, хотя это навряд ли можно считать высоким уровнем), слабость коалиционного правительства, низкий уровень сдачи в аренду площадей в модных торговых центрах и престижных высотных зданиях, большой дефицит баланса текущих операций. Все это говорило о том, что положение Таиланда как «пятого тигра» находилось под угрозой. Быстрый экономический рост в странах АСЕАН в последние несколько десятилетий вызвал увеличение оплаты труда высшего управленческого звена, оправданное с точки зрения ожидаемых прибылей и уровня производительности. Это, в конечном счете, привело к потере инвестиционной конкурентоспособности этих стран по сравнению с другими регионами. В то время, когда первые четыре «тигра» — Тайвань, Корея, Гонконг и Сингапур — карабкались по лестнице развития экспорта, у них практически не было конкурентов. В 60-е и 70-е годы многие развивающиеся страны решительно придерживались политики развития внутренних рынков. Но сегодня четверка АСЕАН находится на одной лестнице с Китаем, Индией и некоторыми другими странами, пытающимися найти импульс для ускоренного развития на внешних рынках.

— Если я правильно понимаю, то задуманная концепция развития отечественного финансового сектора предусматривает и выработку иммунитета от подобных потрясений, которые могут нагрянуть в любой момент в силу глобализации экономики?

— Безусловно. Иначе все это теряет смысл. В современных условиях эпидемия финансовых кризисов распространяется так же быстро, как и простуда в детских садах. Если вспомнить историю возникновения азиатского кризиса, то в течение нескольких лет перед ним экономисты на различных форумах читали друг другу лекции о «неблагоприятном» состоянии финансовых рынков Латинской Америки. Неоднократно говорилось о том, что провал денежной реформы в Бразилии негативно влиял на более разумные реформы в Аргентине и в других странах Латинской Америки и так далее. Тем временем укрепление японской, тайваньской и малайзийской валюты неуклонно вело к «благополучному заражению» остальных азиатских стран. Эта дало о себе знать в 1997 году, когда ослабление конъюнктуры в нескольких крупных странах АСЕАН повлекло за собой ослабление валютных рынков во всем регионе. Наиболее сильное обесценение валюты произошло в Таиланде, где курс бата упал более, чем на треть — с 25,6 до 39,05 за доллар США, что сразу же сказалось и на промышленном секторе экономики. В результате «Тойота» объявила о приостановке своего производства в Таиланде. К началу октября 1997 года индонезийская рупия девальвировала в процентном отношении еще сильнее. Падение курса филиппинского песо было несколько меньшим, но кризиса избежать не удалось.

В то же время Китаю и Гонконгу удалось избежать «заражения», что в конечном счете в немалой степени повлияло на восстановление экономики стран АСЕАН. В Китае иммунитетом послужил высокий темп промышленного развития, тогда как Гонконг выстоял благодаря развитости собственного финансового сектора. И это может послужить для нас наиболее положительным примером.

— Что нужно сделать нам, чтобы не наступить на эти «грабли»?

Нет худа без добра, гласит народная мудрость. Наша экономика в какой-то мере тоже пережила кризис. Это и «подстегнуло» правительство к выработке мер по противостоянию подобным явлениям. Любой кризис не только порождает многочисленные проблемы и трудности, но вместе с тем расчищает накопившиеся «завалы», корректирует конъюнктуру, создает пути преодоления выявившихся проблем. Так, девальвация национальной валюты, вызывающая шок у населения, создает благоприятные условия для роста конкурентоспособности стран, охваченных кризисом. В этом же направлении действуют кризисное сокращение реальной заработной платы и замедление роста цен на капитальные блага. Падение цен на акции ниже их «фундаментальных характеристик» открывает перспективы нового биржевого подъема. Закрытие ненадежных финансовых учреждений в конечном счете способствует общему оздоровлению банковской системы. И все же принимаемые меры могут обрести реальную базу только тогда, когда сложатся экономические условия для расширения производства в новых отраслях, находящихся в восходящих фазах соответствующих отраслевых циклов, и когда наметится тенденция к новому массированному притоку капиталов. Очевидно, что меры, которые должны предпринять страны с развивающимися финансовыми рынками предполагают, в частности, серьезную структурную перестройку. Это развитие несырьевого сектора экономики, большую открытость национальной экономики, «прозрачность» национальных финансовых рынков и операций отдельных институтов, реструктуризацию, в соответствии с рыночными принципами, финансово-промышленных групп, реформу корпоративного управления и разделение частной предпринимательской деятельности и государственного регулирования, укрепление экономической роли малого и среднего бизнеса как фактора политического доминирования финансово-промышленных групп. И на это потребуется немало времени.

 

Рубрика: