Абай – национальный гений и главный авторитет казахов. Абай давно стал визитной карточкой, символом нашей Родины и народа. Абай и Казахстан – понятия в  мире давно неразделимые. Лет 6-7 назад слышала от одного молодого имама по имени Алпамыс об интересном случае, имевшем место где-то в западных районах республики, кажется в Актау. На одном жарком собрании представители ДУМК безуспешно пытались переубедить молодых разгорячившихся сторонников салафизма. И только в тот момент, когда  один из имамов в ходе дебатов догадался привести важную цитату из Абая (видимо, о приоритете просвещенной и совестливой веры над выхолощенной религией), в зале  наступило молчание и некое  замешательство и смущение со стороны радикалов. Вот что значит слово гения, незыблемого авторитета нации!

Впечатляет харизма, масштаб и влияние этой великой общенациональной личности, его изумительных стихов и мудрых размышлений на кочевников огромного Казахстана. Абай родился на востоке Казахстана,  эти казахские парни – из Мангыстау и Атырау, а это почти за три тысячи километров,  но даже на каком-то инстинктивном уровне они чтят Абая, любят Абая как отца, как общего предка – Абай-Ата!  Ведь как бы мы ни ругали салафитов и сектантов, все же они – дети казахского народа, рождены простыми казахскими матерями в аулах, и должно быть, ничто человеческое и казахское им не чуждо. Только бы найти ключ к их сердцам, затронуть ту заветную струну в их покалеченных душах, а может, и согреть любовью… «Адамзаттың бәрін сүй, бауырым деп! /Возлюби все человечество, как своих братьев (Абай).

И вот вам и несостоятельность мнения о неискоренимом трайбализме и жузовском сепаратизме казахов. Где Абай, а где Мангыстау? На самом деле для истинного казаха это была всегда Единая, необъятная «Менің Елім», одна, Богом данная и хранимая Родина, Священный Атамекен. И сердцу каждого казаха в равной степени дороги будут и Алтай, и Атырау, и Туркестан, и Улутау, все реки и горы, желтые степи и голубые озера и, конечно, все герои и гении Великой Степи, называвшиеся гордым именем кочевников «Қазақ».

Конечно, в том, что Абай стал главным авторитетом народа, заслуга и великого писателя Мухтара Ауэзова, донесшего весть об Абае во все уголки страны через бессмертный роман-эпопею. Кстати, Ауэзов по корням – ходжа, именно особый социально-сословный статус казахских ходжей, стоявших над жузами и племенами позволял им всегда (со времен Ходжи Ахмеда Йасави) быть координаторами духовной жизни и объединителями в плане идеологии. Также стоит поблагодарить многих других ученых, литературоведов, начиная еще с А. Букейханова,  которые в противостоянии с цензурой мужественно издавали труды об Абае, в поте лица изучали эту, тогда не очень благодарную тему, занимались переводами поэта на разные языки и т.д.   

И в то же время за всем этим стоял, конечно, промысел, Божий план…Да, это яркий и феноменальный факт, что в советское время  Абай для казахов (даже для обрусевших, городских) на сознательном и подсознательном уровне стоял неизмеримо выше Ленина!  Всесильный «вождь мирового пролетариата», организатор самой кровавой революции так и не смог завоевать  сердце казахского народа, вытеснить из духовного сознания истинных пророков и провидцев, в том числе и прежде всего великого Абая.

Определяется такая закономерность:   в советском Казахстане с 20-30х гг. запретили имя Пророка – Пайгамбара Мухаммеда, пытаясь навсегда стереть его из коллективной памяти казахских экс-мусульман. Идеологи Кремля знали, что Мухаммед был  у нас сакральным идеалом и знаменем борьбы за справедливость. Имя Пророка в Степи становилось даже нарицательным именем казахов, недаром настоящих казахов из аулов в советский период насмешливо обзывали «мамбетами» (т.е. мухамедами).  Это потому, что имя мусульманского Пророка – в видоизмененной форме как Мукамбет, Махамбет, Мамбет, Мамет (на Кавказе, Турции – Магомет, Мамед, Мехмет и т.д.) было самым распространенным антропонимом у казахов до революции – как у русских Иван; что само по себе говорит о многом.

Однако великое имя коммунистическая идеология смогла всего лишь загнать в глубинный пласт национального сознания, в резервуары  трансперсонального сознания. На самом деле народ не отрекся от своего любимого Пайгамбара, равно как и Священного Корана, хотя Ленина и пытались кощунственно представить для народного сознания святым («аулие»),  «пайгамбаром» и «баба» (предок). Кстати, то же можно сказать об Иисусе Христе, русский народ вопреки всему не стал «христопродавцем», не забыл за 70 лет Советской власти в лице своей лучшей, сознательной части о вере, о Боге, библейских заветах и т.д. А это есть мощь духовного кода мировых религий, ниспосланных самим Творцом.

И в то же время,  поскольку имя Пайгамбара нельзя было уже произносить и тем более цитировать, Всевышний Аллах оставил казахам некое  связующее звено, луч света в жестоких реалиях наступившей светской и даже атеистической эпохи. И таким максимально одухотворенным светлым идеалом, «ангелом-хранителем», «вифлеемской звездой», тайно и во многом бессознательно соединявшей нас с Исламом,  верой, духовностью, именами и деяниями пророков, Кораном и одновременно национальными идеалами стал любимый всем народом Абай.  

Удивительно, до слез трогает, что многие казахские джигиты, отправляясь на фронт во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг., подражая далеким предкам-батырам, бравшими с собой на войну миниатюрные «походные» Кораны, за неимением Священной книги (они были уничтожены и сожжены в 30-е гг.) клали в солдатскую котомку наряду с самыми нужными вещами … томик Абая (как, например, писатель-фронтовик А. Нуршаихов).  То есть, видимо, из всей советской печатной продукции это произведение казалось им наиболее близким к Богу, напоминавшее Коран и Пророка, вечные ценности, воспевающее патриотизм, любовь, верность, честь, мудрость. Из стихов Абая:  «Алланың Өзі де рас, Сөзі де рас»/ Истинен сам Аллах и Его Слово/, «Патша Құдай, сыйындым тура баста Өзіңе»/ Боже, истинный Царь мой, прямо молюсь Тебе/.  

Имя Абая в советскую эпоху громко звучало на всех фестивалях, собраниях, его стихи перепечатывались многотысячным тиражом, его, как и Джамбула, знали даже за рубежом. Его прекрасный памятник назло Советской власти и всем ее чертям гордо возвышался на площади в конце центрального проспекта столицы, названного в его честь. И в каждом городе и поселке, каждом ауле были улицы, школы, библиотеки, названные именем Абая. Когда были позабыты и запрещены сотни других имен – ханов, героев, алаш-ордынцев, имя Абая было защищено свыше и по воле Всевышнего в течении 70 лет безбожного и антиказахского режима оно было оставлено нашему народу как маяк, как знак свыше, знак веры и надежды на скорое Возрождение.  

Даже русские и другие этносы Казахстана воспринимают Абая как незыблемый символ Казахстана, всегда с уважением относились и относятся к его имени, поэзии, философии, идеям и деяниям. И сегодня, призывая своих детей и внуков изучать казахский язык, представители других этносов Казахстана, безусловно, приведут главный аргумент: «Изучай казахский язык, ибо это  – язык Абая!» (как в советский период «Я русский бы выучил только за то, что им разговаривал Ленин» — В.Маяковский)

Итак, гордый и бессмертный Абай победил и Ленина, и коммунизм, и фашизм, и Советскую власть и встретил зарю Независимости, когда 150-летие его в 1995 г. широко и ярко отметили в международном масштабе под эгидой ЮНЕСКО. А это значит, что выстоял и победил Казахский Дух, вера и культурный код народа.  Рer aspera ad astra (через тернии к звездам)! 

 

 

Н. Нуртазина,

профессор КазНУ им. аль-Фараби

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рубрика: