Мы продолжаем проект «Друзья народа». И следующий наш рассказ – о Евгении Брусиловском, талантливом композиторе и педагоге, сделавшем немало для становления казахской оперной музыки.
По сути, ставшим ее отцом-основателем. В годы перестройки, когда в моду вошло чернить все прошлое, досталось и  Брусиловскому, которого обвиняли в том, что его вклад в русскую музыку оказался слишком мал, а все, что им создавалось, – оказалось компиляцией казахских кюев и народных песен. Когда-то Евгений Брусиловский казал: «Я вложил свою личную судьбу в судьбу казахской культуры».
И здесь же хотелось бы привести еще одну фразу, сказанную Брусиловским как-то в беседе: «Разве музыкальное образование делает композитора профессионалом? Разве композитор, окончивший консерваторию, не может быть дилетантом? И наконец, разве народный музыкант, всю жизнь посвятивший музыкальному творчеству и достигший высокого, виртуозного уровня игры на домбре и создавший великолепные образцы домбровой музыки, блистающие подлинным профессиональным мастерством и тонким пониманием оригинального жанра, разве такой деятель является дилетантом?»
В этом весь Брусиловский. Он любил казахскую музыку и отдавал весь жар своей души ее популяризации. И кто знает, сохранили бы казахи память о Курмангазы, если бы не Брусиловский. В тридцатые годы прошлого столетия любое упоминание о Курмангазы считалось крамолой. «Неуправляемым разбойником» считала Курмангазы большевистская историография. И только благодаря упорной борьбе, письмам и обращениям Брусиловского в различные инстанции удалось вернуть имя великого акына казахскому народу.
И опять возникает вопрос: имеет ли право композитор на использование народных песен и кюев в своих оперных произведениях. Причем поднимался он и в середине пятидесятых годов прошлого столетия. Так, по мнению музыкального критика Х. Бекхожина, опубликовавшего 9 марта 1956 года в газете «Казак адибиеты» статью «О весьма драгоценном народном сокровище», допускать этого было нельзя. На что ему отвечает сам Брусиловский в соавторстве с композитором Байкадамовым. В  статье «Изучать и развивать народное творчество» на совет критика брать лишь куски из народных произведений они возражают: «Ну а если народная песня, например, свадебная, полностью соответствует сценической ситуации в опере, почему же нельзя использовать ее как художественное целое по примеру русских композиторов-классиков». Советуя вместе с тем критику Бекхожину подходить к своей работе более профессионально.
Время доказало правоту Байкадамова и Брусиловского – опера последнего «Кыз Жибек» до сих пор не сходит с театральных подмостков.
Брусиловского связывали тесные дружеские отношения с Тулебаевым, Байкадамовым, Мукановым, Мусреповым, со многими представителями казахской интеллигенции того времени. Подтверждением чему может служить статья-отклик Брусиловского на компрометирующие материалы в адрес Мусрепова, опубликованные в газете «Социалистический Алматы». Брусиловский откровенно негодует, когда говорит, обращаясь к читателям со словами: «В своей непонятной для меня злобе к товарищу Мусрепову», – пишет он, газета помещает без разбора все, что попадает ей под руку».
Причем для тех, кто не знает, – Брусиловский был вполне успешным ленинградским композитором, написавшим две симфонии и две мелодии к кинофильмам, когда он принял решение ехать в далекий Казахстан. Друзья его отговаривали: ты же скоро получишь квартиру в Ленинграде, у тебя хорошая работа, что ты потерял в той глуши, куда отправляют только беспаспортных? Однако Евгений Брусиловский уже принял решение, о котором он после никогда не жалел. И если до приезда в Алма-Ату он был одним  из многих композиторов в Союзе, то после он стал единственным. Опера «Кыз Жибек», в которую  Евгений Брусиловский вложил всю силу своего таланта, обессмертила его имя.
Представители старшего поколения до сих пор вспоминают,  как  в 1934 году впервые была представлена Казахским театром оперы и балета театральная постановка этой великолепной по своей драматургии поэмы. Казахскими Ромео и Джульеттой называют историю любви джигита Толегена из рода Джагалбайлы и девушки Жибек из рода Алимулы.
Евгений Брусиловский использовал более пятидесяти кюев казахских композиторов в работе над оперой «Кыз Жибек». Причем, особо выдающейся стала ария «Гак-ку» акына Ыбрая – поэтическая интерпретация  лебединой песни.
И здесь же необходимо отметить, что либретто к опере написал Габит Мусрепов, первой исполнительницей Кыз Жибек была прославившаяся на весь Советский Союз Куляш Байсеитова, а в 1970 году известный казахстанский режиссер Султан-Ахмет Ходжиков снял на основе оперы двухсерийную художественную картину с одноименным названием.

Вместо послесловия

С обретением независимости многое в сознании наших людей изменилось. За последние двадцать лет мы прошли тернистый, но успешный путь, если вспомнить, какими были стартовые условия.
И тому были свои причины, в ряду которых – известная казахская толерантность. Мы сумели выстроить динамичную экономику, одну из лучших на всем пространстве СНГ, Казахстан стал узнаваемой во всем мире державой – председателем ОБСЕ, страна перешла на выпуск собственных тепловозов, пассажирских и грузовых вагонов, автобусов, легковых автомобилей, комбайнов, тракторов, продукции нефтехимии и металлургии. Растет количество школ и детских садов, где преподавание ведется на государственном языке.
И вместе с тем было бы неправдой сказать, что у государства нет и не осталось нерешенных проблем. Новое всегда рождается в бескомпромиссной борьбе со старым, отжившим. Чему мы и являемся сегодня живыми свидетелями.
И в этой борьбе нам есть на кого опереться. Евгений Брусиловский, Александр Затаевич, Григорий Потанин, Анна Никольская, Петр Аравин – вот те имена, что составляют гордость нашего народа. Благодаря их титаническому труду весь мир узнал о казахской культуре, обычаях и традициях степняков.
Поэтому я полагаю, что и в деле овладения государственным языком – одной из самых насущных проблем, встающих сегодня перед нашим государством, мы встретим такое же понимание со стороны наших русскоязычных братьев. Готовое назавтра воплотиться в новые славные имена, которым суждено остаться в памяти благодарных наших потомков.

Серик МАЛЕЕВ, Алматы