Смысл вольных строк

Встретился давний знакомый, бывший замминистра. «Как ты думаешь, – говорит, – в скольких партиях состояли наши депутаты?» Я как-то о том не задумывался. «В среднем в четырех». «Неужели?». «Точно. Я специально интересовался, один, очень известный, за свою политическую карьеру пребывал даже семи партиях».

Начали совместно считать Сначала, понятно, он был в Коммунистической партии, затем перешел в Социалистическую, потом – в ПНЕК (Партия народного единства Казахстана), потом, по каким-то соображениям, – в кооперационную, профсоюзную (была и такая), далее, по мере актуальности, стал членом партии «Отан», затем «Асар», потом – вновь «Отан», потом – «Нур Отан». Апырай, а! Крупный государственный деятель. За сорок лет состоял в семи партиях. Только в «Руханияте», кажется, не был. Теперь он у дел, и возможно, вступит в партию «Зеленых».

Ну, и что тут скажешь? Как к этому относиться? Только, по-казахски говоря, от удивления хватаешься за воротник. Видно, так у нас, в Казахстане, и делается карьера. Как в «Свадьбе в Малиновке»: красную шапку напялил – красный; белый колпак нацепил – белый. Фарисей! А еще в храм прут…

***

То, что втюхивает в наше сознание канал «Хабар» – оболванивание, одурманивание, манкуртирование зрителя.

***

Когда-то твердили: «Партия и Ленин – близнецы-братья». Такие же близнецы – политика и вранье.

***

Кружатся-кружатся всезнайки-пенсионеры у подножья памятника Чокану и ведут нескончаемые политбеседы.

«Ай, дегенмен наш саруар не простак Могуч! Заставил-таки себя уважать».

«О да, кто бы спорил!».

«Запросто беседует с самыми-самыми на любых саммитах».

«Да что там беседует! Заводилой становится. Все ему в рот заглядывают».

«Ия, ия, маладес! У него есть… эта самая… как ее?..»

«Харизма»?

«Да, да, тура! По-казахски: пысы басады».

«Вы заметили, на саммите сам Обама два раза его по плечу похлопал».

«Да, два раза! Один раз по плечу, один раз по спине».

«Одобряет, значит».

«Ия, ия… А как руку тряс! Как улыбался!».

«А когда все вместе фотографировались, так этот Обама протиснулся к нашему саруару и встал-таки по левую руку».

«Символическая картина! У меня аж мурашки по спине…».

«Отчего?»

«Ну, это… от гордости. Что бы американский президент перед нашим саруаром так лебезил … знаешь…»

«А что?»

«Ойбай… он сказал, так и сказал: «Если бы Назарбаев не приехал в Америку, вряд ли бы этот саммит состоялся».

«Где сказал?».

«Да прямо по «Хабару».

«Вот это да! Вот это признание!».

«То-то и оно! Это мы здесь, в своем ауле, ничего не знаем А мир-то вон как думает!».

«Апырай, в самом деле! Ходим-бродим здесь возле Чокана, пенсию получаем, небо коптим, на ворон глазеем, а истинное положение дел не знаем».

«Надо, видно, меньше дурных газет читать».

«Конечно! Лучше вообще не читать. А, попивая чай, «Хабар» смотреть».

«Уай, а времени-то сколько?».

«Скоро пять».

«Тогда по домам. Поговорили и ладно. На сегодня хватит».

И старики, довольные, разбрелись кто куда.

***

Все на земле имеет свой предел…

Да, старая истина. Но иные людишки о том не думают. Особенно те, кто дорвался до власти. Им все мало, мало, и чудится им, что уж они-то живут вне закона бытия.

Итак:

«Все на земле имеет свой предел, и самые могущественные и радостные падают в своем величии и радости и повергаются в прах. Весь земной шар – только большая могила, и нет ничего на его поверхности, что бы не скрылось в могиле под землею. Воды, реки и потоки стремятся к своему назначению и не возвращаются к своему счастливому источнику. Все спешат вперед, чтобы похоронить себя в глубине бесконечного океана.

Того, что было вчера, уже нет нынче, и того, что есть нынче, не будет уже завтра. Кладбище полно праха тех, которые когда-то были одушевлены жизнью, были царями, управляли народами, председательствовали в собраниях, предводительствовали в войсках, завоевали новые страны, требовали себе поклонения, раздувались тщеславием, пышностью и властью.

Но слава прошла, как черный дым, выходящий из вулкана, и не оставила ничего, кроме упоминания на странице летописцы???.

Великие, мудрые, храбрые, прекрасные, – увы! – где они теперь? Все они смешаны с глиной, и то, что постигло их, постигнет и нас; постигнет и тех, которые будут после нас.

Но мужайтесь вы все – и знаменитые начальники, и истинные друзья, и верные подданные, – будем стремиться к тому небу, где все вечно и где нет ни гниения, ни уничтожения.

Темнота – колыбель солнца, а для блеска звезд нужен мрак ночей».

Истина эта очень созвучна мне, но выражена не мною. Сказано это не вчера, не сегодня, а около 1460 года до рождения Христа. Сказано неведомым Тетскуко Незагуал Копотлем. В «Из завещания мексиканского царя» (М.Рипол классик, 204, стр. 611).

И что изменилось за три с половиной тысячелетия, шибко ли поумнел в своем прогрессе Homo sapiens?