Ана Тiлi № 46, от 17-23 ноября, 2011 года.
Беседовал Султан Тайгарин.

-  Все знают  что впервые  «Закон о языках» был принят в 1989 году.  Прошло больше двадцати лет, но языковой вопрос стоит ребром.  Проблема языка по большому счету не решена.  Какие действия необходимо предпринять, чтобы решить эту проблему?

-  В сравнении с 89ым годом, было сделано очень многое.  Слава Богу, язык не умер, он развивается.  И совершенствуется.  Языковое пространство расширяется, казахский язык  внедряется в научные отрасли. Раньше мы о таком даже не смели мечтать.  Но конечно, за прошедшие двадцать с не большим лет языковой вопрос  еще не до конца нашел свое решение.   Именно поэтому он все время обсуждается.  Кто-то языковой вопрос связывает лишь  с действиями и мероприятиями, организованными Мухтаром Шахановым.  Это не так. Языковая проблема животрепещущая и острая.   С ее решением постоянно затягивали.  Откладывали в дальний ящик.  Совсем недавно группой патриотов был подготовлен «Законопроект о государственном языке».  Он был вынесен на обсуждение общественности.  Это уже свидетельствует о том, что язык находится в неопределенном  положении. И не соответствует своему подлинному статусу, прописанному черным по-белому в Конституции.

Во-вторых, я думаю, национальные и социальные претензии значат очень многое.  Если бы мы следовали до сих пор всему тому, что указывает наша власть, мы бы практически потеряли себя.  Нация должна быть могущественной силой, ведущей власть за собой, а не следующей ее установленным канонам.   Прекрасно, что наше общество ставит требования, которые выше государственных возможностей. Это  показатель независимости, и демократии. Казахский народ осознал, что он отделен от России.  Это касается не только вопросов языка, но и национальной экономики, национального богатства.   Самое страшное – это равнодушие и  смирение. Самое скверное, если мы опустим руки и сдадимся. Вода камень точит.   Прочтите казахскую прессу и интернет-издания. Большинство поднимает языковой вопрос, большинство тревожится и переживает за будущее нации.  Нация жива, она не спит, раз поднимает  и обсуждает языковые, религиозные, и другие острые темы.

- Некоторые патриоты для развития  языка, с целью поднятия  его статуса, предлагают создать «языковую инспекцию», или « языковую полицию». Что вы скажете на это?

-  У меня двойственные впечатления от этого.  Кто-то вообще предлагает вводить налог, и  как-то наказывать не казахоязычных казахов.  Другие предлагают создать «языковую инспекцию».  Для меня создание такого рода инспекции является проигрышной позицией. На меня могут обидеться сейчас. Поэтому поясню свою позицию. Насколько я знаю, в сентябре следующего года будет всесторонне обсуждаться «Закон о языках».  Мы должны сделать все возможное,  чтобы казахское общество было полностью подготовлено, и главное, максимально адекватно подошло к вопросу принятия законопроекта. Понятно, что казахский язык является государственным на законном основании.  Нам необходимо прописать обязательные условия в «Законе о языках». Главное условие, чтобы   чиновники в обязательном порядке знали государственный язык, и сдавали экзамен по нему.  Многие русскоязычные граждане могут возразить, сказав, что   обязательное знание гос. языка не что иное, как нарушение их гражданских прав, посягательство на их свободу выбора.  Но если  ввести обязательное условие перед всеми госслужащими, то и остальные будут учить язык, чтобы  работать в государственном учреждении.  Вот тогда и  потребность в языке возрастет.   Во-вторых, есть сфера, оказывающая помощь и услуги народу. Полицейские, врачи,  работники службы доверия, все они обязаны знать государственный язык.  Если это будет обязательным ребованием, прописанным в законе о языке, мы можем быть спокойны за язык.  Необходимо дать определенные сроки для освоения казахского языка.  Но язык должен быть выучен обязательно.  Таким образом, станет больше тех, кто говорит и пишет на казахском.  Что касается языковой инспекции, скажу следующее.  У закона есть свои требования и определённые условия.   Есть уголовные  преступления, а есть и административные.  Если закон о языке будет серьезно нарушаться,  за ним должно следовать уголовное наказание.  А если закон будет нарушаться частично, т.е на улицах будут  висеть неправильно написанные на государственном языке вывески, плакаты и билборды, необходимо наказывать административно.  Но думаю, такими делами напрямую должна заниматься прокуратура.  Боюсь, что создание инспекции  может повлечь за собой, как это у нас нередко происходит, случаи коррупции и бюрократии.

И потом я думаю у общественных деятелей, и у  прессы гораздо больше авторитета и возможностей, нежели у  подобного рода инспекций.  К  примеру, в конце восьмидесятых, вначале  девяностых газета « Ана Tiлi» была одной из первых, кто очень серьезно поднимал вопрос о национальных ценностях и языке.  Она послужила примером для остальных изданий.  И по сегодняшний день ваша газета придерживается своей позиции.  Это показатель того, что пресса оказывает  мощнейшее влияние на формирование  общественного мнения. Мне так же импонирует программа «Языковой патруль», которая идет по каналу Алматы.  В ней часто поднимаются острые вопроса языка. Осуществляется поиск решения.  Как бы было прекрасно, если бы такие передачи транслировались по всему Казахстану.  Настало время решать проблемы, а не кричать о них на каждом углу.

- Есть ли среди ваших русскоязычных друзей и знакомых те, кто понял необходимость знания казахского языка, и взялся за его освоение.

-Их полно.  Приведем, к примеру, русскоязычного общественного деятеля Мухтара Тайжана.  Он  с целью изучения казахского языка нанял себе репетитора,   специально дает интервью для казахских изданий.  Все что он не понимает, ищет в словаре.  Благодаря этому, он выучил язык практически в совершенстве.  Второй пример – мой друг Валихан Толеш, который  интервью любому изданию дает на казахском языке.  К счастью, общество сейчас меняется.  К примеру, интеллектуальные группировки. Вначале 90ых они были в  большинстве русскоязычными, а сейчас уже двуязычны.  Это о многом говорит.  Айдар Алибаев – член движения «Улы дала», на прошлом съезде говорил исключительно на казахском языке.  Он  отметил: « Возможно, мне бы было легче говорить на русском языке, касаясь темы экономики.  Но все же я должен  внести вклад в расширение языкового пространства в экономической сфере». Таких примеров уйма.  Иногда мы обижаемся на людей, из-за того что они не знают казахского языка, и не уважают его.  Но тех, кто только начал изучать язык, и говорить на нем, мы принижаем, смеемся  над их произношением, и тем самым, зарождаем в них  комплекс.  Это неверный подход.  Казахский народ от природы -гостеприимный, и дружелюбный.  Поэтому надо принимать и всячески поддерживать тех, кто изучает язык.

-Большинство  людей советской эпохи смотрят на казахский язык с  недоверием. И может они болеют за него душой, но их дети при этом не знают языка. Признак чего это? Это все еще плоды той советской политики?

-  Вы спрашиваете, почему некоторые патриоты, болея душой за свой народ, не отдали детей в казахские школы?  Тогда было время другое. Это было тоталитарное общество, подчиненное Москве. Советская власть ставила непременное условие для тех, кто стремился получить хорошую работу – знать русский язык в обязательном порядке.    Знание языка было обязательным. Все кто не знал русский язык, лишались будущего.   Люди были обязаны говорить и писать на русском языке, чтобы  попросту выживать и работать.  Большинство думало, что уровень образования в русских учебных учреждениях намного выше уровня образования в школах национальных.   Кто-то по сей день думает так.  Поэтому, в казахских школах должен быть повышен уровень образования.  Надо уничтожить стереотип о том, что все казахское – отсталое. Сама жизнь показывает, что это абсолютно не так.  Именно поэтому казах должен стремиться к тому, чтобы его дети учились в казахской школе.

- Не секрет что у нас в стране двуязычная культура. То есть, русская и казахская.  Но не видно, чтобы две стороны вышли в контакт друг с другом, и пытались как-то урегулировать государственные вопросы.  Русскоязычные издания практически не пишут о проблемах государственного языка,  казахской духовности, культуры.

Но, тем не менее, когда общество начинает выдвигать предложение – расширить языковое пространство государственного языка, русскоязычные издания начинают выступать против. В чем причина такого подхода?

-  Да, есть ощущение, что две стороны вообще не общаются и не пересекаются друг с другом. Русскоязычная и казахоязычная.  В этой связи хочу обратить особое внимание на следующее.   Язык должен восприниматься, как лингвистическая отрасль.  Язык служит средством  познания мира, истории, формирует взгляды на жизнь, на все ее минусы и плюсы.   Все упирается в язык.  Казахский взгляд на коррупцию и на сельско-хозяйственные проблемы, отличается от взгляда  других наций.  А все из-за исторического начала.   У нас свои  народные сказки, легенды, сказания.   Они  формируют нашу личность.   Мы через них познаем мир. Но, разумеется, те, кто познавал мир иначе, смотрят на все по-другому.  Не от толерантности, культуры, и широкой    души русскоязычные журналисты выступают против государственного  языка,  и наплыва оралманов.  Это  от злости и немощности.  Еще вчера русскоязычная среда управляла всем.  А сегодня они лишаются этого права.   Они привыкли быть главными, привыкли подчинять.  Поэтому развитие казахского языка представляется  для них большой трагедией.     Многие русскоязычные граждане страны противятся  приезду оралманов и аульских казахов, так как   в них сидит страх лишиться  привычного уклада жизни. Есть ли у них право так заявлять? Я думаю, нет.  Есть такое понятие, как «культурный стандарт».    Согласно стандарту, который действовал до 1917 года, в нынешний парк 28 панфиловцев  нельзя было заходить казахам.  Это ведь тоже признак культурного стандарта?   Может нам и сейчас такое устроить?   Но мы ведь не поступаем так?  На одной из моих встреч с русскоязычными гражданами я сказал  об этом.  Русскоязычные журналисты прекрасно знают, что будущее за казахским языком.  Рано или поздно государство будет говорить на казахском языке.  Национальная культура и национальное наследие  подразумевает жертву. Если  каждый гражданин страны не находит около часа на прочтение казахоязычной газеты, или просмотра казахских передач, то  к чему тогда все наши старания?   В этой связи перед нами стоят несколько очень важных дел. Необходимо казахизировать город.    Казахизировать –  значит распространять и внедрять в города свою культуру и язык. В первую очередь, необходимо заняться северными городами государства.